АКАДЕМИЯ ГЕНЕРАЛЬНОЙ ПРОКУРАТУРЫ
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

В.Н. Исаенко, А.М. Кустов, А.Е. Шарихин

ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ И КРИМИНАЛИСТИЧЕСКИЕ 
АСПЕКТЫ ОЦЕНКИ ПРОКУРОРОМ ЗАКОННОСТИ 
И ОБОСНОВАННОСТИ ПРИОСТАНОВЛЕНИЯ ПРЕДВАРИТЕЛЬНОГО РАССЛЕДОВАНИЯ

Пособие

Москва  2013

УДК 347.93
ББК 67.721-92
        И85

Авторы:
В.Н. Исаенко, доктор юридических наук, доцент;
А.М. Кустов, доктор юридических наук, профессор;
А.Е. Шарихин, доктор юридических наук, профессор.

Рецензенты:
В.М. Прошин, декан юридического факультета Международного славянского института, кандидат юридических наук, доцент;
М.А. Сильнов, доцент кафедры уголовно-правовых дисциплин Академии Генеральной прокуратуры Российской Федерации, доцент.

Исаенко В.Н.
И85
	Процессуальные и криминалистические аспекты оценки прокурором законности и обоснованности приостановления предварительного расследования: пособие / В.Н. Исаенко, А.М. Кустов, А.Е. Шарихин; Акад. Ген. прокуратуры Рос. Федерации. – М., 2013. – 84 с.	

В пособии комплексно освещаются проблемы приостановления предварительного расследования уголовных дел, особенности процессуальных, оперативно-розыскных и криминалистических вопросов данной проблематики и пути их разрешения. Авторами описаны современные средства и методы разрешения сложившихся следственных ситуаций для возобновления производства расследования совершенных преступлений.
Для прокуроров, студентов, аспирантов и преподавателей Академии Генеральной прокуратуры Российской Федерации и иных юридических факультетов вузов страны.

УДК 347.93
ББК 67.721-92

© Академия Генеральной прокуратуры
Российской Федерации, 2013

Введение
 
Уголовное судопроизводство можно рассматривать как движение уголовного дела. В этой связи приостановление предварительного расследования должно быть обоснованным и законным. Утрата прокурором ряда полномочий, которые ранее 
(до 2007 г.) были ему предоставлены для осуществления надзора и процессуального руководства предварительным расследованием, привела к ряду негативных последствий, что выразилось в значительном сокращении возможностей контроля над следствием, включая необоснованное его приостановление, к фактам фальсификации доказательств, недостаточно активному использованию возможностей органами дознания для решения уголовно-процессуальных задач по установлению и розыску лиц, причастных к преступлению.
В отдельных случаях необоснованное приостановление предварительного расследования стало поводом к обращению граждан в Европейский Суд по правам человека и как следствие – к необходимости выплат им огромных сумм из бюджета.
Так, в обращении к Президенту Российской Федерации в мае 2009 г. Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации ставился вопрос о неисполнении отдельными органами государственной власти Российской Федерации конституционных требований о признании, соблюдении и защите прав и свобод человека и гражданина.
Ущерб казне Российской Федерации в результате выплат заявителям по вынесенным Европейским Судом решениям в связи с нарушением прав и свобод человека составил в 2008–2009 гг. 0,6 млн евро, и около 2,3 млн евро было взыскано Европейским Судом по правам человека по жалобам российских граждан о незаконном задержании, об отсутствии эффективного и своевременного расследования уголовных дел.
Учитывая сложившуюся в России ситуацию, В.П. Лукин поставил вопрос о необходимости усиления прокурорского надзора за процессуальной деятельностью органов дознания и предварительного следствия, включая и надзор за исполнением законов при осуществлении оперативно-розыскной деятельности.
В 2009 г. Генеральный прокурор РФ Ю.Я. Чайка обратил внимание парламентариев на то, что в последнее время значительно возрастает количество случаев незаконного отказа в возбуждении уголовных дел, незаконного их прекращения и приостановления органами следствия и дознания, особо подчеркивая, что «число жалоб граждан по вопросам качества следствия выросло в два раза и продолжает расти, а это один из основных признаков неблагополучия».
Вопросы приостановления поднимались и Президентом РФ на расширенной коллегии МВД России (18.02.2010 г.), где отмечалось, что раскрывается лишь каждое второе преступление, нераскрытыми остаются более 1 млн 300 тыс. преступлений.
По данным ученых-юристов, не установлены виновные в совершении более чем 2 тыс. убийств и покушений на убийство, не установлены виновные в совершении 700 тыс. краж, свыше 124 тыс. грабежей. 
Данные факты также могут свидетельствовать о проблемах в реализации института приостановления предварительного расследования.
Уголовно-процессуальная деятельность в ее «чистом» виде не всегда обеспечивает установление и изобличение совершивших преступления лиц, как того требует ч. 2 ст. 21 УПК РФ.
Соответственно, прокурорский надзор в досудебном производстве сопряжен с выяснением вопроса не только о том, насколько соответствуют требованиям УПК РФ выполненные следователями и дознавателями следственные действия и принятые ими процессуальные решения, но и о том, насколько оптимально осуществлялась эта деятельность, использовались ли  в расследовании преступления непроцессуальные средства, в том числе криминалистические рекомендации. 
На состоявшейся 06.10.2011 г. научно-практической конференции «Проблемы использования криминалистических знаний в деятельности прокурора», посвященной 45-летней годовщине Санкт-Петербургского юридического института (филиала) Академии Генеральной прокуратуры Российской Федерации, 
В.С. Шадрин обоснованно подчеркнул, что вопросы исследования обстоятельств преступлений с помощью криминалистических средств и методов для прокурора не менее значимы, чем для дознавателя или следователя. 
Междисциплинарный (а по сути – комплексный) характер деятельности прокурора в уголовном судопроизводстве, имеющей важную криминалистическую составляющую, отметили другие участники названной конференции, а также научно-практического семинара «Проблемы криминалистического обеспечения прокурорской деятельности», состоявшегося в Академии Генеральной прокуратуры Российской Федерации 28.10.2011 г. 
На семинаре отмечалось, что объектами прокурорского надзора в досудебном производстве по уголовным делам являются процессуальные действия и решения следователей, дознавателей, оцениваемые как с точки зрения их соответствия требованиям уголовно-процессуального закона, так и с точки зрения поэтапного принятия ими всех мер к установлению и изобличению совершивших преступления лиц с использованием возможностей прикладной криминалистики. 
Это возлагает на прокуроров обязанность владения криминалистическими средствами, методами и приемами, адаптированными к задачам эффективного участия прокурора в уголовном судопроизводстве. 
Процессуальным и криминалистическим аспектам прокурорского надзора за законностью и обоснованностью приостановления предварительного расследования посвящено данное пособие.

Глава 1. Цель и задачи прокурорского надзора 
за законностью и обоснованностью решений 
о приостановлении предварительного следствия

1.1. Приостановление предварительного следствия 
как уголовно-процессуальный институт

Приостановление предварительного расследования традиционно рассматривается либо как временный перерыв, либо как отклонение от установленного порядка, но в основе лежит необходимость устранить причины, которые не позволяют осуществить в полной мере предварительное расследование или приостановление обвинения.
Так, И.Я. Фойницкий еще в конце XIX в. в своем курсе «Уголовное судопроизводство» вел речь о приостановлении обвинения, которое начиналось с производством уголовного дела. При этом он различал обвинение при состязательном и розыскном процессе, отмечая, что только при состязательном процессе обвинение становится самостоятельным процессуальным институтом, получая при этом особые органы, обряды и формы. 
Выделяя причины, до устранения которых рассмотрение уголовного дела в суде невозможно, И.Я. Фойницкий отмечал, что именно поэтому производство по делу временно приостанавливается, но возбужденное преследование остается в силе. Причины эти, по его мнению, сводятся к физической или к юридической невозможности.
Определяя особенности состязательного уголовного производства, А.Ф. Кони отмечал, что в этом случае «на государстве лежит задача охранения общества, между прочим, преследованием нарушителей закона. Практическое служение этой важной задаче выпадает в судебном состязании на долю прокурора-обвинителя, и исполняя свой служебный долг, он служит обществу. Но это служение только тогда будет полезно, когда в него будет внесена строгая нравственная дисциплина и когда интересы общества и человеческое достоинство личности будут ограждаться с одинаковою чуткостью и усердием». 
В настоящее время одни ученые-процессуалисты рассматривают приостановление предварительного расследования как временный перерыв в производстве процессуальных действий, вызванный, как правило, невозможностью участия в них обвиняемого (подозреваемого), сопровождаемый принятием мер по устранению возникших препятствий для движения дела, выделяя основания для приостановления расследования по делу и рассматривая их как предусмотренные законом обстоятельства, которые препятствуют дальнейшему производству.
Так, С.П. Ефимичев пишет, что под приостановлением предварительного следствия следует понимать вынужденный временный перерыв в производстве по уголовному делу, вызванный невозможностью участия в деле лица, действия которого расследуются.
Другие ученые-процессуалисты ведут речь о приостановлении по уголовному делу, рассматривая его как особое место в системе уголовного судопроизводства, так как его применение вызвано необходимостью отклонения от установленного порядка осуществления процессуальной деятельности в связи с невозможностью осуществления таковой из-за ряда причин объективного и субъективного характера.
Например, В.Ф. Крюков считает, что приостановление предварительного следствия – это процессуальное решение следователя и дознавателя, в соответствии с которым временно прекращается производство по уголовному делу, что объективно вызывается отсутствием лица, подлежащего привлечению в качестве подозреваемого или обвиняемого, или отсутствием возможности подозреваемого или обвиняемого участвовать в производстве следственных или иных процессуальных действий при расследовании уголовного дела.
Возвращаясь к реальному правовому регулированию института приостановления предварительного следствия, необходимо отметить, что в соответствии с ч. 1 ст. 208 УПК РФ предварительное следствие приостанавливается в том случае, если имеется одно из следующих оснований:
лицо, подлежащее привлечению в качестве обвиняемого, 
не установлено;
подозреваемый или обвиняемый скрылся от следствия либо место его нахождения не установлено по иным причинам;
место нахождение подозреваемого или обвиняемого известно, однако отсутствует реальная возможность его участия 
в деле;
временное тяжелое заболевание подозреваемого или обвиняемого, удостоверенное медицинским заключением, препятствует его участию в следственных и иных процессуальных действиях.
Исходя из приведенных и других положений уголовно-процессуального закона, определяющих основания и условия приостановления предварительного следствия, можно определить, что таковым является временное прекращение досудебного производства по уголовному делу, обусловленное существованием предусмотренных уголовно-процессуальным законом обстоятельств, препятствующих его направлению в суд или принятию другого предусмотренного уголовно-процессуальным законом решения. 
Данные обстоятельства могут быть обусловлены либо неустановлением лица, причастность которого к расследуемому преступлению подлежит доказыванию, либо невозможностью завершить расследование, несмотря на то что это лицо известно и имеются доказательства его причастности к расследуемому преступлению. 
В нормах УПК РФ, в отличие от ранее действовавшего УПК РСФСР, в настоящее время предусмотрена возможность приостановления расследования не только в отношении обвиняемого, но и в отношении подозреваемого. 
Это объясняется распространением института приостановления производства на дознание, в котором обвиняемый появляется лишь на этапе его окончания, т.е. с момента вынесения обвинительного акта. 
Приостановление дела в отношении подозреваемого при производстве дознания допускается по следующим основаниям: 
в связи с отсутствием реальной возможности участия в деле подозреваемого, когда его место нахождения известно (п. 3 ч. 1 ст. 208 УПК); 
в связи с тяжелым заболеванием подозреваемого (и 4 ч. 1 ст. 208 УПК).
При осуществлении прокурорского надзора важно учитывать, что приостановление дознания и предварительного следствия в отношении подозреваемого порождает серьезные проблемы на практике. Среди этих проблем ученые-юристы выделяют следующие:
1. Снижается стандарт доказанности участия лица в совершении преступления, так как обвиняемый появляется в уголовном деле тогда, когда его участие в совершении преступления установлено. Напротив, подозреваемый – вероятный участник совершения преступления. При этом подозреваемых может быть несколько даже в том преступлении, которое заведомо могло быть совершено одним лицом.
В связи с этим приостановление дела в отношении лица, чья виновность для органа расследования еще не доказана, ведет к отступлению от обязанности принять все возможные меры по изобличению виновных. При этом действительный преступник остается не установленным, а в отношении лица, совершение преступления которым только предполагается, все производство будет приостановлено. 
Учитывая это обстоятельство, следователю рекомендуется не приостанавливать дело в отношении подозреваемого, а в течение двухмесячного срока предварительного следствия выполнить необходимые следственные действия с тем, чтобы определиться со статусом подследственного: либо привлечь его в качестве обвиняемого, либо прекратить в отношении него уголовное преследование. В этом состоит его обязанность, предусмотренная ч. 2 
ст. 21 УПК РФ, согласно которой при обнаружении признаков преступления он обязан принять все предусмотренные УПК РФ меры по установлению события преступления, изобличению лица или лиц, виновных в его совершении.
2. Наличие подозрения как условие для приостановления дела не поддается действенному контролю и надзору, так как момент появления в деле подозреваемого (в отличие от появления обвиняемого) «размыт». Доказательства, указывающие на совершение этим лицом расследуемого преступления, зачастую не только недостаточны для предъявления ему обвинения, но и даже не дают оснований считать установленными все обстоятельства предмета доказывания инкриминируемого ему преступления. Особенно это характерно для случаев обнаружения на заподозренном в преступлении лице, на его одежде, при нем или в его жилище следов и предметов, исследование которых не позволяет получить достаточные данные об их связи с расследуемым преступлением. В ряде случаев подозрение базируется на результатах оперативно-розыскной деятельности при отсутствии реальной возможности исследовать их процессуальным путем, т.е. придать им статус доказательств. Руководствуясь законом, следователь при таких условиях не должен приостанавливать уголовное дело в отношении подозреваемого, поскольку в течение двухмесячного срока он вполне может определиться со статусом подследственного: либо привлечь его в качестве обвиняемого, либо прекратить его преследование.
Прокурор, в свою очередь, обязан критически оценивать достаточность имеющихся данных в качестве оснований считать определенное лицо подозреваемым и соответствующим образом на это реагировать. 

1.2. Цели, задачи и объекты прокурорского надзора 
за законностью и обоснованностью приостановления 
предварительного следствия

В настоящее время перед прокурорами поставлена задача обеспечить гарантию своевременного предупреждения, выявления и устранения нарушений законов в деятельности органов дознания и предварительного следствия, включая пресечение незаконных действий (бездействия) и отмену решений должностных лиц названных органов, препятствующих доступу пострадавших от преступлений к правосудию в результате необоснованного приостановления предварительного расследования, однако не всегда у них имеются необходимые меры для должного реагирования. 
Распространение института приостановления производства по уголовному делу не только на предварительное следствие, но и на дознание создает определенные сложности для правоприменительной практики. Это обусловлено тем, что приостановление в данном случае проводится в отношении уголовного дела, в котором обвиняемый появляется лишь на этапе его окончания, т.е. с момента вынесения обвинительного акта.
Согласно официальной статистике за 2004 – 2009 гг. из числа объявленных в федеральный розыск лиц более 120 тыс. подозреваемых, обвиняемых остались неразысканными.
В целях решения указанной проблемы, как отмечалось ранее, ряд ученых предлагают закрепление в УПК РФ возможности заочного ареста подозреваемого, обвиняемого, скрывшегося от органов предварительного расследования и объявленного в федеральный розыск. Но будет ли это решение оптимальным – покажет практика.
На основании п. 1 ч. 1 ст. 208 УПК РФ предварительное следствие приостанавливается лишь в том случае, когда сам факт совершения преступления не вызывает сомнений, но лицо, его совершившее, установить не удалось, несмотря на все принятые меры. УПК РФ предусматривает, что копия о приостановлении производства по уголовному делу в течение суток должна быть направлена прокурору. 
Анализ смысла ч. 1 ст. 209 УПК РФ позволяет говорить, что о принятом решении одновременно следует в письменной форме уведомить всех заинтересованных лиц, разъяснив им порядок обжалования. 
Наряду с этим прокурором должно быть проверено и установлено, что постановление о приостановлении производства по уголовному делу соответствует содержащимся в нем материалам, мотивировано, т.е. содержит обоснование принимаемого органом предварительного расследования решения путем анализа и оценки добытых в ходе расследования доказательств. При этом оценка доказательств должна проводиться в свете требований как материального, так и процессуального права. 
Для большей конкретизации действий прокурора по проверке соблюдения закона при приостановлении предварительного расследования Генеральным прокурором Российской Федерации были изданы приказы от 06.09.2007 № 137 «Об организации прокурорского надзора за процессуальной деятельностью органов дознания», от 02.06.2011 № 162 «Об организации прокурорского надзора за процессуальной деятельностью органов предварительного следствия» (далее – приказ Генерального прокурора РФ 
№ 162), где поставлена задача по обеспечению контроля за производством органами предварительного следствия следственных и иных процессуальных действий, необходимость выполнения которых предусмотрена внесенным требованием об устранении нарушений федерального законодательства, допущенных в ходе предварительного расследования. 
На семинаре по обмену опытом начальник управления по надзору за уголовно-процессуальной и оперативно-розыскной деятельностью прокуратуры Саратовской области Д.Н. Пеньков отмечал отсутствие конкретных сроков предоставления прокурору материалов прекращенного уголовного дела – после изменения статуса прокурора в 2007 г., что осложняло, по его мнению, исполнение ранее действовавшего приказа Генерального прокурора РФ от 06.09.2007 № 136 «Об организации прокурорского надзора за процессуальной деятельностью органов предварительного следствия».
Это приводило к тому, что длительное время прокурору не предоставлялись уголовные дела, незаконные процессуальные решения отменялись несвоевременно, менялись позиция и показания участников процесса, утрачивались доказательства, что порождало обоснованные жалобы потерпевших. 
Для решения данных проблем на региональном уровне указанные вопросы были обсуждены на межведомственном совещании по вопросам осуществления прокурорского надзора и ведомственного процессуального контроля, во исполнение решения которого прокурором Саратовской области, руководителем СУ СКП, начальниками УФСКН и ГСУ при ГУВД области 29.05.2009 г. издано указание № 65/15/29/1750/7 «О порядке взаимодействия при осуществлении процессуального контроля и прокурорского надзора за законностью прекращения уголовных дел».
В рамках этого документа был установлен порядок предоставления руководителем СО дела в областное следственное подразделение за 10 дней до принятия решения о его прекращении. По результатам изучения при необходимости производства дополнительных следственных действий даются письменные указания.
В течение 5 суток после вынесения постановления о прекращении расследования руководитель СО направил дело вышестоящему руководителю для проверки законности решения 
в 10-суточный срок.
Надзирающему прокурору дело поступает не позднее 
20 дней с момента его прекращения. В течение 10 дней он обязан его изучить и представить с заключением о законности в управление по надзору за уголовно-процессуальной и оперативно-розыскной деятельностью. 
Исполнение данного указания позволило сократить удельный вес прекращенных всеми ведомствами уголовных дел с 14,8% в 2008 г. до 4,24% в 2009 г. (с 1549 до 605 уголовных дел).
В настоящее время ситуация изменилась, и для оптимизации надзора приказом Генерального прокурора РФ № 162 предусмотрена обязанность раздельно по ведомствам завести книги учета поступивших в прокуратуру копий постановлений о прекращении уголовного дела или уголовного преследования и постановлений о приостановлении предварительного следствия согласно ч. 2 ст. 208, ч. 1 ст. 213 УПК РФ.
Указанным приказом прокурорам предписано не позднее 
14 суток с момента получения материалов уголовного дела отменять незаконные и необоснованные процессуальные решения 
о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) либо о приостановлении предварительного следствия, обеспечив проверку и изучение материалов всех приостановленных, прекращенных производством уголовных дел в течение одного месяца со дня вынесения соответствующего постановления.
При проверке законности постановлений о приостановлении предварительного следствия по основаниям п. 1 и 2 ч. 1 
ст. 208 УПК РФ необходимо применять комплексный подход к оценке полноты расследования и оперативно-розыскных мероприятий, изучая материалы приостановленных уголовных дел одновременно с соответствующими делами оперативного учета. 
Оценивая законность и обоснованность процессуальных решений о приостановлении предварительного следствия по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 208 УПК РФ, следует принимать во внимание лишь объективно сложившиеся обстоятельства, подтверждающие выводы следователя о невозможности участия указанных в законе лиц в производстве по уголовному делу.
Проверяя решения о приостановлении предварительного следствия в связи с временным тяжелым заболеванием обвиняемого (подозреваемого), руководствуясь приказом Генерального прокурора РФ № 162, прокуроры должны исходить из того, что такие процессуальные решения могут приниматься только при наличии медицинского заключения о невозможности участия лица в следственных и процессуальных действиях по уголовному делу.
При этом прокуроры должны не реже одного раза в полугодие проводить анализ обоснованности приостановления предварительного следствия в соответствии с п. 2, 3, 4 ч. 1 ст. 208 УПК РФ с изучением материалов всех уголовных дел данной категории, уделяя внимание наличию оснований для возобновления расследования.
Для исключения формального подхода к устранению выявленных нарушений, в том числе путем частичного выполнения указанных в требовании следственных и процессуальных действий, прокурорам предписано активно принимать меры прокурорского реагирования (приказ Генерального прокурора РФ № 162).
Рассматривая институт приостановления предварительного расследования, важно учитывать, что в качестве принципиально новой задачи, возложенной на прокуратуру с 2011 г., устанавливается государственный единый статистический учет заявлений и сообщений о преступлениях (состояние преступности, раскрываемость преступлений, анализ состояния и результатов следственной работы и прокурорского надзора), а также единый порядок формирования и представления отчетности в органах прокуратуры. 
В связи с этим прокурорам важно принимать во внимание, что «преступлением, укрытым от учета» считается преступление, сведения о котором не отражены в учетных документах либо не включены в государственную статистическую отчетность, а также если по факту его совершения, несмотря на наличие установленных ст. 140 УПК РФ поводов и оснований, не было принято в установленные законом сроки процессуальное решение – вынесение постановления о возбуждении уголовного дела или отказ в возбуждении уголовного дела по нереабилитирующим основаниям либо если по факту его совершения было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, которое впоследствии было отменено с одновременным возбуждением уголовного дела, а производство по этому уголовному делу в течение отчетного года было окончено и дело направлено в суд или производство по делу приостановлено по п. 1, 2, 3, 4 ч. 1 ст. 208 УПК РФ либо прекращено по нереабилитирующим основаниям.
При осуществлении проверок прокурорам важно учитывать, что кроме оснований для приостановления необходимо соблюдение условий, предусмотренных ч. 4 – 5 ст. 208 УПК (таких обстоятельств, которые сами по себе не влекут приостановление дела, но без наличия которых принять данное решение нельзя). Поэтому прокурор должен обращать внимание: 
на отсутствие обстоятельств, влекущих прекращение дела, учитывая, что отсутствие события, состава преступления, истечение сроков давности, смерть подозреваемого или обвиняемого исключают возможность приостановления дела;
на необходимость выполнения всех следственных действий, производство которых возможно в отсутствие обвиняемого. 
Основания прекращения уголовного дела и (или) уголовного преследования, как правило, подразделяются на три группы: реабилитирующие (предусмотренные п. 1 и 2 ч. 1 ст. 24, п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ), нереабилитирующие (п. 3 ч. 1 ст. 24, ст. 25, п. 3 ч. 1 ст. 27, ст. 28 УПК РФ), иные, свидетельствующие об отсутствии процессуальных условий для продолжения расследования 
(п. 4 – 6 ч. 1 ст. 24, п. 4 – 6 ч. 1 ст. 27 УПК РФ).

Глава 2. Процессуальные и криминалистические 
аспекты оценки прокурором результатов расследования
по приостановленному уголовному делу

2.1. Оценка результатов процессуальной деятельности 
по приостановленному производством уголовному делу

Прокурорский надзор за законностью и обоснованностью приостановления уголовного дела – важный участок надзора за процессуальной деятельностью органов дознания и органов  предварительного следствия. Осуществляя его, прокурор проверяет, выполнено ли следователем содержащееся в ч. 2 ст. 21 УПК РФ требование о принятии предусмотренных мер по установлению события преступления, установлению и изобличению совершившего его лица или лиц. 
Содержание указанного требования весьма объемно и предполагает целенаправленную деятельность лиц, ведущих досудебное производство по уголовному делу, на всех его этапах – от проверки сообщения о преступлении до принятия решения о направлении уголовного дела в суд.
На сегодняшний день значительное количество преступлений продолжает оставаться нераскрытым или же возникают иные предусмотренные законом препятствия для направления уголовных дел о них в суд. В связи с этим по ним вынужденно принимаются решения о приостановлении предварительного следствия.
Комплексный характер деятельности по выявлению, раскрытию и расследованию преступлений обусловливает использование в этих целях не только процессуальных средств, но также возможностей оперативно-розыскной деятельности, данных уголовной (криминалистической) регистрации, современных возможностей судебных экспертиз, привлечения специалистов различного профиля, всего спектра возможностей прикладной криминалистики.
Соответственно, прокурорский надзор в досудебном производстве сопряжен с выяснением вопроса не только о том, насколько соответствуют требованиям УПК РФ выполненные следователями и дознавателями следственные действия и принятые ими процессуальные решения, но и о том, насколько оптимально осуществлялась эта деятельность, использовались ли в расследовании преступлений перечисленные выше, в том числе непроцессуальные, средства, а также криминалистические рекомендации.
Проверка прокурором законности и обоснованности решения о приостановлении предварительного следствия осуществляется путем изучения уголовного дела и выяснения при этом комплекса следующих вопросов: 
приостановлено ли предварительное следствие надлежащим субъектом, а также по основаниям и в порядке, предусмотренным ст. 208 УПК РФ; 
подтверждено ли материалами дела наличие основания, по которому приостановлено предварительное следствие; 
выполнено ли следователем требование о выполнении всех следственных действий, производство которых возможно в отсутствие лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого;
приняты ли все возможные меры по розыску либо установлению этого лица; 
нет ли оснований для возобновления предварительного следствия в связи с его недостаточной полнотой;
уведомлен ли потерпевший о приостановлении предварительного следствия, разъяснена и предоставлена ли ему возможность обжалования данного процессуального решения. 
Если проанализировать содержание оснований приостановления предварительного следствия и предмета прокурорского надзора, указанного в ст. 29 Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации», то можно прийти к выводу, что надзор на данном участке нацелен на выяснение вопросов о том, явилось ли приостановление предварительного следствия объективно вынужденным и не противоречащим закону решением, принятым в условиях, исключающих возможность продолжения предварительного следствия или направления уголовного дела в суд, обеспечено ли при этом соблюдение прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства. 
На практике имеют место факты, когда в досудебном производстве по приостановленным впоследствии уголовным делам не были признаны потерпевшими близкие родственники жертв преступлений.
В связи с этим необходимо иметь в виду, что в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.02.2009 № 1 «О практике рассмотрения судами жалоб в порядке статьи 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» (п. 2) подчеркнуто, что к числу решений и действий (бездействия) должностных лиц, принятых на досудебных стадиях уголовного судопроизводства, если они способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства или иных лиц, чьи интересы нарушены, либо могут затруднить доступ граждан к правосудию, относится отказ в признании лица потерпевшим, поскольку он затрудняет доступ к правосудию и осложняет реализацию права на защиту нарушенных преступлением интересов. 
В приказе Генерального прокурора РФ от 16.01.2012 № 7 «Об организации работы органов прокуратуры Российской Федерации по противодействию преступности» подчеркивается, что недостатки в работе по раскрытию преступлений, выявлению и привлечению к уголовной ответственности совершивших их лиц ведут к нарушению основополагающего принципа уголовного судопроизводства – неотвратимости наказания. 
Выполнение данного требования налагает на прокуроров обязанность особо тщательного подхода к проверке законности и обоснованности приостановления предварительного следствия в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого, т.е. при изучении уголовных дел о нераскрытых преступлениях. Ее содержанием является выяснение вопроса о том, насколько полно и исчерпывающе приняты меры по установлению совершившего преступление лица или лиц.
Согласно ч. 2 ст. 208 УПК РФ следователь обязан направить прокурору копию постановления о приостановлении предварительного следствия. В УПК РФ не установлено время, в течение которого следователь должен выполнить эту обязанность. Можно полагать, что такое постановление направляется прокурору немедленно после его вынесения.
При налаженном взаимодействии прокурора и руководителя следственного органа такой порядок соблюдается неукоснительно, тем более что согласно п. 1.11 приказа Следственного комитета Российской Федерации от 15.01.2011 № 1 «Об организации процессуального контроля в Следственном комитете Российской Федерации» руководители следственных органов и их заместители обязаны контролировать своевременное направление прокурору копий процессуальных документов и уведомлений в случаях, предусмотренных УПК РФ. 
Вместе с тем не вполне ясно, что следует понимать под понятием «своевременность». Согласно п. 1.22 данного приказа в каждом случае приостановления предварительного следствия в 10-суточный срок должна быть проверена законность и обоснованность такого решения в порядке процессуального контроля.
Если на практике не исчерпаны все возможности для собирания доказательств, установления обстоятельств совершения преступления, установления и розыска совершивших его лиц, постановление следователя должно быть безотлагательно отменено с дачей ему письменных указаний о производстве необходимых следственных и иных процессуальных действий (в том числе о даче соответствующего поручения органу, осуществляющему оперативно-розыскную деятельность).
Безусловно, следователь должен быть освобожден от неправомерного и необоснованного вмешательства в ход осуществляемого им расследования. Он вправе самостоятельно определять его направление и тактику.
Однако следует иметь в виду, что проверка принимаемых следователем процессуальных решений его непосредственным руководителем, с одобрения которого принимаются эти решения, не всегда может обеспечить их законность, обоснованность и объективность.
Анализ следственной практики показал, что в этих ситуациях возникает вопрос: как поступать прокурору, когда он получил копию постановления о приостановлении следствия, но это постановление отменено руководителем следственного органа и уголовное дело вновь находится в производстве следователя.
Очевидно, что, если следователь обязан направить прокурору копию постановления о приостановлении следствия, то в случае его отмены в прокуратуру должна быть направлена копия соответствующего постановления руководителя следственного 
органа. 
Ранее отмечалось, что в прокуратуре согласно п. 1.9 приказа Генерального прокурора РФ № 162 ведется книга учета поступивших копий постановлений о прекращении уголовного дела, уголовного преследования и приостановлении предварительного следствия. 
Незаконное и необоснованное постановление о приостановлении следствия должно быть отменено в течение 14 суток с момента получения дела. Это означает, что в течение этого времени оно должно быть изучено и по нему принято решение о согласии с приостановлением либо об отмене постановления об этом.  
Если дело вновь находится в производстве, а в копии постановления руководителя следственного органа о его отмене изложен конструктивный перечень подлежащих выполнению следственных и иных процессуальных действий, то прокурор может временно воздержаться от изучения этого дела.
Вместе с тем с учетом резонансного характера преступления, в связи с поступлением к прокурору жалобы на неполноту расследования, его необоснованное приостановление, нарушение при этом прав признанного потерпевшим лица, при поступлении указания вышестоящего прокурора прокурор обязан лично проверить материалы соответствующего уголовного дела независимо от того, проверено ли оно в порядке процессуального контроля. 
Прокурор вправе также требовать представления ему вместе с уголовным делом заключения руководителя следственного органа либо его заместителя об обоснованности приостановления предварительного следствия.
Таким образом, обеспечивается надзор за исполнением положений п. 2, 3, 8, 11 ч. 1 ст. 39 УПК РФ в части осуществления надлежащего процессуального контроля за расследованием, его проведением в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 21 УПК РФ, приостановлением  дела исключительно по предусмотренным законом и подтвержденным соответствующими доказательствами, а не надуманным основаниям.
В случае, если ранее прокурор направлял руководителю следственного органа требование об устранении нарушений закона, допущенных при расследовании, одновременно проверяется соблюдение последним установленного в ч. 4 ст. 39 УПК РФ 
5-суточного срока рассмотрения этого требования, обоснованности письменных возражений следователя на них и согласия руководителя следственного органа с этими возражениями, если таковое состоялось, а также направления прокурору сообщения о результатах рассмотрения его требования.
Материалы прокурорской практики свидетельствуют, что основной причиной приостановления предварительного следствия является неустановление лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого. 
Такое процессуальное решение принимается в связи с тем, что подозреваемый или обвиняемый скрылся от следствия, а также по другим предусмотренным ч. 1 ст. 208 УПК РФ основаниям. 
Осуществляя надзор на данном участке процессуальной деятельности органов предварительного следствия, прокурор в первую очередь выясняет, насколько соответствует требованиям УПК РФ принятое следователем решение о приостановлении следствия по каждому из перечисленных в ч. 1 ст. 208 УПК РФ оснований.
Прежде всего, он обращает внимание на мотивировку такого решения. Она должна быть конкретной и не сводиться к общим фразам. 
Часто в постановлениях о приостановлении следствия констатируется лишь факт истечения установленного законом срока предварительного следствия, в течение которого виновный в преступлении не установлен. 
Недостатки расследования, в связи с которыми преступление остается нераскрытым, носят, как правило, не единичный, 
а комплексный характер, а потому находятся во взаимосвязи и могут носить как объективный, так и субъективный характер. 
Для их установления и анализа прокурор должен знать и успешно владеть положениями частных методик расследования преступлений отдельных видов. Это необходимо ему для того, чтобы в постановлении об отмене постановления о приостановлении предварительного следствия указать, во-первых, конкретные недостатки предыдущего расследования и, во-вторых, необходимые для их устранения определенные следственные действия. Так, в случае приостановления предварительного следствия по уголовному делу об изнасиловании прокурор должен выяснить:
полноту объяснения заявительницы сразу после ее обращения в орган внутренних дел или следственное подразделение Следственного комитета Российской Федерации;
проведение ее освидетельствования врачом – специалистом в области судебной медицины, получение при этом биологических и других объектов для производства необходимых судебных экспертиз после возбуждения уголовного дела;
производство осмотра места происшествия и его полноту;
получение объяснений от лиц, которые могут участвовать в деле в качестве свидетелей;
своевременность возбуждения уголовного дела и обоснованность уголовно-правовой квалификации признаков преступления, в связи с которыми оно возбуждено;
проведение допроса, осмотра одежды заявительницы и назначение по ней комплекса необходимых судебных экспертиз, 
а также судебно-медицинской экспертизы потерпевшей (таковой она должна быть признана незамедлительно), а при необходимости – судебно-психологической экспертизы с целью установления последствий совершенного в отношении нее преступления;
направление письменного поручения органам дознания о производстве оперативно-розыскных мероприятий по установлению причастного к преступлению лица и др.
Согласно п. 1.14 приказа Следственного комитета Российской Федерации от 15.01.2011 № 2 «Об организации предварительного расследования в Следственном комитете Российской Федерации» на следователей возложена обязанность принимать меры к качественному исполнению поручений о производстве оперативно-розыскных мероприятий по уголовным делам, предварительное следствие по которым приостановлено, не реже одного раза в месяц запрашивать и получать информацию о ходе исполнения поручения из органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность.
В необходимых случаях, т.е. при ненадлежащем исполнении поручения следователя, ему предписано обращаться к прокурору с ходатайством о проверке исполнения Федерального закона от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности».
В свою очередь, в приказе Генерального прокурора РФ от 15.02.2011 № 33 «Об организации прокурорского надзора за исполнением законов при осуществлении оперативно-розыскной деятельности» имеется положение, в соответствии с которым прокурорам при изучении дел оперативного учета предписано рассматривать необходимость проведения дополнительных оперативно-розыскных мероприятий, направленных на раскрытие преступления и выявление причастных к нему лиц.
Наряду с изложенным целесообразно иметь в виду, что обращение следователя к прокурору о проверке исполнения поручения органу дознания о производстве оперативно-розыскных мероприятий, в том числе о состоянии розыска совершившего преступление лица, может свидетельствовать об отсутствии должного взаимодействия между следователем и сотрудниками оперативно-розыскного подразделения.
Существуют определенные этические аспекты такого взаимодействия, которые также необходимо учитывать следователю, прежде чем апеллировать к прокурору.
В случае приостановления предварительного следствия 
в связи с тем, что место нахождения подозреваемого или обвиняемого известно, однако реальная возможность его участия в уголовном деле отсутствует, прокурор, наряду с вопросами законности, обоснованности возбуждения дела, наличием в деле достаточных доказательств совершения этим лицом преступления и проверкой обоснованности уголовно-правовой оценки содеянного, должен выяснить:
существование объективных условий, которые временно препятствуют участию этого лица в предварительном следствии. К таковым принято относить: нахождение подозреваемого или обвиняемого за границей в служебной командировке, туристической поездке, на учебе; выезд подозреваемого или обвиняемого за границу для постоянного проживания; нахождение подозреваемого или обвиняемого в дальнем плавании, экспедиции, на зимовке, на приисках, в труднодоступных в определенное время года местах либо на территории, временно изолированной в результате стихийного бедствия;
наличие в деле документов, подтверждающих принятие следователем мер по обеспечению явки этого лица в место ведения предварительного следствия, в том числе по его экстрадиции.
Приостановление предварительного следствия в связи с временным тяжелым заболеванием подозреваемого или обвиняемого, причастность которого к убийству подтверждена комплексом достаточных, допустимых и относимых доказательств, допустимо только на основании медицинского заключения, в соответствии с которым у данного лица наличествует тяжелое физическое или психическое заболевание, характер которого препятствует его участию в следственных и иных процессуальных действиях. При этом заболевание должно быть временным (не хроническим), излечимым в будущем. 
В данном случае медицинское заключение должно быть дано квалифицированными специалистами в соответствующей области медицины, подписано ими и заверено печатью медицинского учреждения. 
В п. 1.3 приказа Генерального прокурора РФ № 162 содержится положение, обязывающее прокуроров в стадии возбуждения уголовного дела обращать внимание на объективность и полноту проверок сообщений о преступлениях, в том числе путем опроса заинтересованных лиц и специалистов.
Для компетентной оценки их мнений о результатах исследования трупа, предметов, документов и иных объектов прокурору необходимо знать основы методик и возможности этих исследований, уметь оценить полученные сведения и связать их с результатами других проверочных действий. Только при соблюдении названных условий можно уяснить, наличествуют ли признаки преступления в исследуемом событии, обоснованным ли является решение о возбуждении уголовного дела либо об отказе в его возбуждении.
В п. 1.10 названного приказа прокурорам предписывается производить комплексный анализ материалов процессуальной и оперативно-розыскной деятельности при проверке уголовных дел, приостановленных производством по основаниям, предусмотренным п. 1 и 2 ч. 1 ст. 208 УПК РФ, когда не установлено лицо, подлежащее привлечению в качестве обвиняемого; когда подозреваемый или обвиняемый скрылся от следствия либо место его нахождения не установлено по иным причинам. 
Изучение прокурором названных материалов в таких случаях производится параллельно с выяснением вопроса о том, насколько продуктивно использовались в расследовании результаты оперативно-розыскной деятельности (ОРД), имеющие криминалистическое (поисковое) значение, т.е. которые могли быть использованы для выдвижения обоснованных рабочих версий и определения круга скоординированных следственных, а также иных процессуальных  действий и оперативно-розыскных мероприятий по их проверке. 
В соответствии со ст. 89 УПК РФ в процессе доказывания их использование запрещается, если они не соответствуют требованиям, предъявляемым уголовно-процессуальным законом к доказательствам, т.е. не были исследованы посредством производства соответствующих следственных действий. Поэтому прокурор обязан обращать внимание на то, чтобы материалы, полученные в результате проведения оперативно-розыскных мероприятий, не использовались бы следователем напрямую. 
Вместе с тем несомненно значение ОРД в установлении источников доказательств, выборе видов следственных действий по их собиранию и проверке, тактике производства отдельных следственных действий и направлении расследования в целом. 
Поэтому на основании совокупного анализа материалов уголовного дела и дела оперативного учета прокурор может сделать вывод о всесторонности, полноте и объективности расследования, исчерпывающем использовании в установлении обстоятельств предмета доказывания, процессуальных и оперативно-розыскных возможностей. 
Такое положение сохраняется относительно оценки прокурором использования данных уголовной (криминалистической) регистрации, сосредоточенных в информационно-аналитических и экспертно-криминалистических подразделениях правоохранительных органов. 
В следственной практике известны случаи, когда выявление прокурором факта неполноты проверки по существующим системам криминалистических и других видов учета способствовало устранению следователем этого недостатка и получению важных доказательств. 
Поэтому требование о комплексном подходе к оценке материалов расследования должно соблюдаться при изучении не только приостановленных, но и находящихся в производстве уголовных дел, а равно при изучении истребованных у следственных органов материалов, на основании которых приняты решения об отказе в возбуждении уголовных дел.
Анализ содержания приказа Генерального прокурора РФ 
№ 162 позволяет считать, что комплексная оценка прокурором полноты, всесторонности и объективности расследования должна производиться также: 
при оценке материалов, по которым вынесены постановления о возбуждении уголовных дел;
при проверке законности и обоснованности применения к подозреваемым и обвиняемым мер процессуального принуждения; 
при проверке законности и обоснованности привлечения в качестве обвиняемого; 
при проверке исполнения следственными органами требования прокурора об устранении нарушений закона; 
при проверке законности и обоснованности прекращения уголовного дела, уголовного преследования; 
при проверке в порядке ст. 124 УПК РФ жалоб на действия (бездействие) и решения органа дознания, дознавателя, начальника подразделения дознания, следователя, руководителя следственного органа; 
при изучении уголовных дел, поступивших с обвинительным заключением (обвинительным актом) и т.д.
Изложенное позволяет рассматривать комплексный (процессуально-криминалистический) подход прокурора к проверке законности и обоснованности приостановления предварительного следствия в качестве обязательных условий организации и осуществления надзора на данном участке уголовно-процессуальной деятельности. 
В свою очередь, обеспечение такого подхода во многом зависит от уровня криминалистических знаний и подготовки прокуроров.

2.2. Оценка результатов использования материалов 
оперативно-розыскной деятельности по приостановленным производством уголовным делам

УПК РФ предусматривает, что при осуществлении предварительного следствия по уголовному делу следователь уполномочен давать органам дознания в случаях и в порядке, установленных УПК РФ, обязательные для исполнения поручения, включая поручения о проведении оперативно-розыскных мероприятий, производстве отдельных следственных действий, о задержании, приводе, об аресте, о производстве иных процессуальных действий, а также получать содействие при их осуществлении. Но, учитывая скрытый, конспиративный характер оперативно-розыскной деятельности, надзор за ней применительно к институту приостановления уголовного дела имеет определенную специфику и требует особого внимания. 
В настоящее время при осуществлении надзора за оперативно-розыскной деятельностью прокуроры руководствуются федеральными законами от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации», от 17.11.1995 № 168-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации «О прокуратуре Российской Федерации», от 12.08.1995 № 144-ФЗ 
«Об оперативно-розыскной деятельности», а также приказом Генерального прокурора Российской Федерации от 15.02.2011 № 33 (ред. от 05.09.2012) «Об организации прокурорского надзора за исполнением законов при осуществлении оперативно-розыскной деятельности». 
Указанный приказ предусматривает, что деятельность прокуроров должна быть направлена на обеспечение соблюдения прав и свобод человека и гражданина, законности при решении задач оперативно-розыскной деятельности, в том числе по выявлению, предупреждению, пресечению и раскрытию преступлений, выявлению и установлению лиц, их подготавливающих, совершающих или совершивших, осуществлению розыска лиц, скрывающихся от органов дознания, следствия и суда, уклоняющихся от уголовного наказания, без вести пропавших; по добыванию информации о событиях или действиях (бездействии), создающих угрозу государственной, военной, экономической или экологической безопасности Российской Федерации; по установлению имущества, подлежащего конфискации.
Он предусматривает проведение прокурорской проверки по обращениям о нарушениях Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», допущенных должностными лицами органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, при исполнении поручения следователя, руководителя следственного органа, органа дознания, начальника подразделения дознания, дознавателя по уголовным делам и материалам проверки сообщений о преступлении и решения суда по уголовным делам, находящимся в их производстве. 
Проведение проверок исполнения названного возложено на уполномоченных прокуроров той прокуратуры, которая осуществляла надзор за процессуальной деятельностью на досудебных стадиях уголовного судопроизводства. 
Руководствуясь названным приказом, прокуроры должны строго следовать требованиям Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» о том, что дела оперативного учета прекращаются в случае решения задач оперативно-розыскной деятельности или установления обстоятельств, свидетельствующих об объективной невозможности их решения.
Наряду с этим прокуроры должны проверять законность и обоснованность проведения или прекращения оперативно-розыскных мероприятий, в том числе тех, разрешение на проведение которых дано судом; наличие оснований, соблюдение установленных условий, порядка и сроков их проведения.
При проверках законности оперативно-розыскных мероприятий, проводимых на основании поручения следователя, руководителя следственного органа, органа дознания, начальника подразделения дознания, дознавателя по уголовным делам и материалам проверки сообщений о преступлении или решения суда по уголовным делам, находящимся в их производстве, в каждом случае рассматривать необходимость проведения дополнительных оперативно-розыскных мероприятий, направленных на раскрытие преступления и выявление причастных к нему лиц.
При наличии достаточных данных, свидетельствующих о нарушениях при проведении оперативно-розыскных мероприятий по указанным поручениям либо решениям, уполномоченному прокурору необходимо помимо актов прокурорского реагирования направлять руководителям органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, требования в целях обеспечения эффективного осуществления уголовного преследования.
В ходе изучения дел оперативного учета и других оперативно-служебных материалов уполномоченный прокурор проверяет наличие в них документов, свидетельствующих об укрытии преступлений, незаконном освобождении от уголовного преследования, фальсификации оснований и условий проведения оперативно-розыскных мероприятий (заявлений граждан, протоколов следственных действий, официальных документов и т.п.).

2.3. Оценка прокурором результатов использования 
специальных знаний и возможностей судебных экспертиз 
по приостановленным производством уголовным делам

В ходе анализа материалов приостановленных уголовных дел прокуроры чаще всего проходят к выводу о том, что на процесс раскрытия нераскрытых преступлений существенно влияет фактор времени. Большой промежуток времени увеличивает опасность уничтожения материальных и идеальных следов совершенного преступления, т.е. чем больше проходит времени, тем больше информации может быть утрачено.
Поэтому наиболее значимым при проведении следователем работы по приостановленным уголовным делам является использование специальных знаний (в различных формах) и результатов судебных экспертиз.
Анализ следственной и прокурорской практики подтвердил вывод о том, что эффективность деятельности следователя и прокурора во многом зависит от возможностей применения специальных знаний, как собственных, так и знаний специалистов или экспертов, которые следователь использует при непосредственном расследовании преступлений и при формировании обвинительного заключения, а прокурор – при осуществлении надзора за процессуальной деятельностью предварительного следствия и дознания, при анализе приостановленных производством уголовных дел, а также при утверждении обвинительного заключения и при поддержании государственного обвинения.
В русском языке термин «специальный» означает «особый, исключительно для чего-нибудь предназначенный в одном случае и относящийся к отдельной отрасли чего-нибудь, присущий той или иной специальности».
Мы поддерживаем точку зрения А.В. Дулова и В.Д. Арсеньева, которые дали определение термина «специальные знания». Они определили их как сведения, не являющиеся общедоступными, они приобретены в результате специального образования, профессионального опыта.
Отдельной проблемой применения специальных знаний при расследовании преступлений или анализе приостановленного уголовного дела является использование следователем или прокурором собственных знаний в области криминалистики и других прикладных отраслей знания.
В криминалистической науке по этому поводу высказывались различные точки зрения. На наш взгляд, наиболее обосновано мнение Р.С. Белкина, И.Н. Сорокотягина и др. о том, что самостоятельное применение ими научно-технических средств и методов при работе с доказательствами не позволяет им выполнять все криминалистические рекомендации, поэтому их необходимо освободить от самостоятельного использования научно-технических средств настолько, насколько это возможно. 
Вместе с тем следователь обязан обладать специальными знаниями не столько для их использования непосредственно при проведении следственных действий или прокурор – при поддержании государственного обвинения, сколько для компетентной оценки действий и выводов сведущих лиц, специалистов и экспертов. Так, знания в области медицины позволят следователю или прокурору провести анализ результатов освидетельствования, правильно сформулировать вопросы в постановлении о назначении экспертизы и т.д. Знания в области психологии могут помочь правильно оценить мотивы и цели действий преступника, выдвинуть и проверить версии, изучить личность лиц, участвующих 
в деле, и т.д.
Собственные специальные знания следователя или прокурора позволяют не только помочь в выдвижении и проверке криминалистических версий, решении вопросов о целесообразности проведения экспертизы, оценить полученные результаты исследований и применения технических средств и методов, но и формируют у них убежденность в правильности своих решений, придают уверенность в своих действиях.
Специальные знания при расследовании преступлений и судебном разбирательстве используются в различных формах, хотя единого мнения о них до настоящего времени не выработано. Чаще всего говорят о двух формах: процессуальной и непроцессуальной. К процессуальной форме использования специальных знаний относят:
а) привлечение специалиста к участию в производстве следственного действия, изучению материалов уголовного дела и для формирования его заключения;
б) назначение, производство экспертизы и формирование ее заключения.
Необходимо отметить, что согласно уголовно-процессуальному законодательству специалист или эксперт применяет свои специальные знания и навыки для содействия следователю в обнаружении, закреплении и изъятии доказательств, обращая их внимание на обстоятельства, связанные с выполнением данных действий.
Такая необходимость возникает при недостаточном знании следователем или прокурором приемов и средств выполнения работы, требующей специальных знаний и навыков. Помощь в использовании специальных знаний выражается в обнаружении доказательств (следов, предметов, объектов, имеющих значение для дела), «проявлении» маловидимых и латентных следов, объяснении механизма образования следов, оказании помощи в фиксации доказательственной информации, в формировании заключения специалиста без производства предварительного исследования и эксперта по результатам исследования. При этом необходимо понимать, что сущность экспертизы заключается в исследовании обстоятельств уголовного дела на основе специальных знаний, т.е. наличие таких познаний – необходимое условие привлечения лица к производству экспертизы и формированию заключения. 
Результаты судебной экспертизы позволяют использовать их при расследовании преступлений и рассмотрении уголовных дел в суде. В процессе исследования реализуются возможности современных научно-технических средств, тем самым расширяются познавательные границы следствия и суда. Такое положение нередко является наиболее эффективным и важным способом установления существенных обстоятельств дела.
Рассматривая непроцессуальные формы использования специальных знаний, нельзя обойти вниманием консультативно-справочную деятельность специалиста и эксперта.
Консультация проводится в случаях, когда при расследовании преступления, в процессе анализа приостановленных уголовных дел, а также в ходе судебного разбирательства для принятия правильного тактического решения необходимы сведения справочного характера о сущности предметов, явлений, которые могут быть получены в устной и письменной форме у лиц, обладающих специальными знаниями в какой-либо области. Среди них могут быть специалисты налоговой инспекции, экономисты, аудиторы, специалисты по недвижимости, специалисты по конъюнктуре цен, аналитики, медики, оружейники и др.
По результатам консультаций заинтересованное лицо получает криминалистически значимую информацию, которая будет способствовать принятию дальнейших процессуальных решений по приостановленному уголовному делу.
В то же время правовой статус консультанта неопределен, что может порождать и часто порождает массу вопросов процессуального характера. Следует согласиться с мнением авторов, предлагающих определить консультанта как самостоятельного участника уголовного процесса. 
Качественно иной природой обладает непроцессуальная форма использования специальных знаний при использовании результатов ревизий, аудиторских, административных или ведомственных проверок, составлении психологического портрета предполагаемого преступника, а также при получении различного рода справок по специальным вопросам и т.д.
Исследовав формы применения специальных знаний при расследовании преступлений и изучении приостановленных уголовных дел, можно сделать вывод о том, что систематизировать их необходимо не только в зависимости от того, регламентировано ли их использование уголовно-процессуальным законом или нет, но и по другим основаниям:

1. По характеру отражения в материалах уголовного дела:
а) формы, получающие отражение в процессуальных документах или материалах дела: протоколах следственных действий, где участвовал специалист, эксперт и помогал в обнаружении, изъятии и использовании доказательств, заключении эксперта или специалиста, протоколах допроса эксперта или специалиста, письменно оформленных консультациях специалистов или экспертов и справках по итогам проверок по учетам и т. д.;
б) формы, не получающие отражения в материалах дела. Это в основном информация ориентирующего характера, полученная следователем не только при производстве следственных действияй, но и при оперативно-розыскных мероприятиях, используемая при выдвижении и проверке версий, планировании всего расследования, подготовке и проведении отдельных следственных действий, при анализе приостановленных уголовных дел и т.д.
2. В зависимости от этапов расследования преступлений и судебного разбирательства уголовного дела:
а) используемые при выявлении преступлений в порядке 
ст. 109 УПК РСФСР, в том числе используемые в оперативно-розыскных мероприятиях;
б) используемые при раскрытии, расследовании и предупреждении преступления:
на первоначальном этапе;
на последующем этапе;
на заключительном этапе расследования;
в) используемые при анализе материалов приостановленных уголовных дел;
г) используемые при утверждении обвинительного заключения по делу и при подготовке к поддержанию государственного обвинения;
д) используемые в судебных стадиях.
Выяснение вопросов использования специальных знаний, назначения и производства судебных экспертиз, а также использования их результатов непременно должно находиться в поле зрения прокурора, изучающего приостановленное производством уголовное дело.
В ходе досудебного производства по уголовным делам объем использования этих возможностей определяется рядом факторов, в числе которых: 
содержание и особенности предмета доказывания по делам об этих преступлениях; 
требования уголовно-процессуального закона о круге обстоятельств, для установления которых необходимо производство судебных экспертиз; 
содержание конкретных доказательств, получение которых возможно в результате проведения судебных экспертиз; 
вид, характеристики и состояние объектов судебно-экспертных исследований; 
реальные возможности судебно-экспертных учреждений по проведению экспертиз того или иного вида; 
уровень профессиональной подготовки ведущих предварительное расследование должностных лиц, в том числе владение ими вопросами использования судебно-экспертных возможностей в расследовании преступлений и реализация этих возможностей в условиях конкретного субъекта или региона Российской Федерации.
В процессуальной и криминалистической литературе достаточно широко освещены вопросы, связанные с назначением и производством судебных экспертиз, тактикой использования заключений экспертов и специалистов в изобличении виновных и решения других задач доказывания по уголовным делам о преступлениях различных видов. 
Применение данных возможностей установления истины всегда должно быть ориентировано на решение задач уголовного судопроизводства, имеющего, как пишет А.Я. Сухарев, двуединую цель защиты прав и законных интересов личности от преступлений и одновременно защиты личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения. 
Достижение этого баланса интересов признается самым важным и определяющим в уголовном процессе. 
Властные участники уголовного правосудия призваны последовательно и неотступно применять предусмотренные законом меры для уголовного преследования, изобличения и наказания преступников, а равно для отказа в преследовании и наказании виновных, заглаживании вреда и реабилитации незаконного пострадавших. 
Содержание процесса доказывания по уголовному делу, элементом которого является использование возможностей судебных экспертиз, в полном объеме направлено на достижение названной цели посредством решения комплекса взаимосвязанных и нередко взаимообусловленных задач, в решении которых экспертиза выполняет свойственную только ей роль.
В ст. 196 УПК РФ названы обстоятельства, доказывание которых по уголовному делу требует обязательного проведения экспертизы:
1) причина смерти;
2) характер и степень вреда, причиненного здоровью;
3) психическое или физическое состояние подозреваемого, обвиняемого, когда возникает сомнение в его вменяемости или способности самостоятельно защищать свои права и законные интересы в уголовном судопроизводстве;
4) психическое или физическое состояние потерпевшего, когда возникает сомнение в его способности правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, и давать о них показания;
5) возраст подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, когда это имеет значение для уголовного дела, а документы, подтверждающие его возраст, отсутствуют или вызывают сомнение.
Необходимость установления обстоятельств, перечисленных в п. 1 – 3 ст. 196 УПК РФ, возникает практически во всех случаях расследования преступлений против жизни и здоровья людей, а выяснение обстоятельств, названных в п. 4 – 5 указанной статьи, также не является исключением в следственной практике.
Однако потребность в производстве судебных экспертиз не исчерпывается установлением перечисленных в ст. 196 УПК РФ обстоятельств. Преступления различных видов также требуют экспертных исследований, напрямую не предусмотренных УПК РФ (экспертизы огнестрельного оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств; неоказание медицинской помощи; нарушение правил безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств; нарушение правил полетов; фальсификация избирательных документов; неправомерный доступ к компьютерной информации и т.д.). 
В ряде организационно-распорядительных документов Генеральной прокуратуры Российской Федерации внимание прокуроров, осуществляющих надзор за процессуальной деятельностью органов дознания и органов предварительного следствия, содержатся положения, непосредственно указывающие на необходимость производства судебных экспертиз для установления значимых обстоятельств. 
В приказе Генерального прокурора Российской Федерации от 19.11.2009 № 362 «Об организации прокурорского надзора за исполнением законодательства о противодействии экстремистской деятельности» содержится требование о том, чтобы при выявлении информационных материалов экстремистского характера обеспечивалось проведение соответствующих исследований и экспертиз в рамках доследственных проверок и расследования уголовных дел. 
При наличии положительных экспертных заключений должен своевременно решаться вопрос о направлении в суды заявлений о наличии в информационных материалах признаков экстремизма и признании их экстремистскими.
Чтобы уяснить, насколько важным и необходимым является производство судебных экспертиз в уголовном судопроизводстве, достаточно обратиться и к постановлениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации (далее – Пленум), в разъяснениях которых на это обращается внимание. 
В постановлении Пленума от 21.12.2010 № 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам» разъясняется важность наиболее полного использования достижений науки и техники в целях всестороннего и объективного исследования обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу во всех случаях, когда для разрешения возникших вопросов требуется проведение исследования с использованием специальных знаний в науке, технике, искусстве или ремесле (п. 1). 
Как представляется, Пленум таким образом констатировал, что обстоятельства, подлежащие доказыванию с использованием судебно-экспертных возможностей и специальных знаний сведущих лиц, чьи выводы материализуются в заключении специалиста или в протоколе его допроса, не делятся на важные, с одной стороны, и малозначительные – с другой. В любом случае они должны рассматриваться как подлежащие безоговорочному исследованию наряду с другими обстоятельствами.
Обращает на себя внимание содержащееся в п. 1 данного постановления указание на обязанность обеспечения полноты, всесторонности и объективности уголовного судопроизводства. Как известно, эти требования в качестве самостоятельного принципа его осуществления фигурировали в ч. 3 ст. 20 УПК РФ, однако в УПК РФ они отсутствуют. 
Поэтому названное разъяснение представляется возможным рассматривать как указание на то, что данные требования продолжают сохранять свое значение и как необходимый критерий качества и полноты досудебного производства по уголовному делу, несмотря на отсутствие данного требования в УПК РФ.
Соответственно, соблюдение этого критерия следователем, в производстве которого находилось приостановленное производством уголовное дело, подлежит выяснению прокурором, оценивающим законность и обоснованность данного процессуального решения.
В некоторых изданных ранее постановлениях Пленум предлагал по делам о преступлениях одного вида проводить экспертизы для правильного разрешения значимых вопросов, а по делам о других преступлениях – либо проводить экспертизу, либо получать заключение специалиста. 
Так, в постановлении Пленума от 05.11.1998 № 14 «О практике применения судами законодательства об ответственности за экологические правонарушения» разъяснялось, что в случаях разрешения вопросов, требующих специальных познаний в области экологии, по делу должны быть проведены соответствующие экспертизы с привлечением специалистов: экологов, санитарных врачей, зоологов, ихтиологов, охотоведов, почвоведов, лесоводов и других. 
Категорическое требование содержится и в постановлении Пленума от 12.03.2002 № 5 «О судебной практике по делам о хищении, вымогательстве и незаконном обороте оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств» (в ред. от 06.02.2007 № 7): «при возникновении трудностей в решении и вопроса об отнесении конкретных образцов оружия, патронов и боеприпасов к тому или иному виду необходимо назначать экспертизу для определения тактико-технических характеристик данных образцов» (п. 10).
Наряду с этим в п. 2 постановления Пленума от 15.06.2006 № 14 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами» разъясняется, что, поскольку для определения вида перечисленных средств и веществ,  их размеров, названий и свойств, происхождения, способа изготовления, производства или переработки, а также для установления принадлежности растений к культурам, содержащим наркотические вещества, требуются специальные знания, суды должны располагать заключениями экспертов или специалистов (п. 2). 
К сожалению, и в постановлении от 21.12.2010 № 28 не проводится разграничение между обстоятельствами, одни из которых могут быть установлены заключением эксперта, а другие – заключением или в результате допроса специалиста. 
В связи с этим существенное значение имеет следование Верховного Суда Российской Федерации в постановлении Пленума от 21.12.2010 № 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам» правовым позициям, высказанным в других постановлениях Пленума, изданных в предыдущие годы. 
В частности, в п. 11 постановления от 17.09.1975 № 5 
«О соблюдении судами Российской Федерации процессуального законодательства при судебном разбирательстве уголовных дел» (в ред. от 09.02.2012 № 3) разъяснялось, что во всех случаях, когда для установления обстоятельств дела необходимы специальные познания в науке, технике, искусстве или ремесле, следует решать вопрос, требуется ли проведение экспертизы или эти обстоятельства могут быть выяснены путем привлечения к участию в судебном разбирательстве специалиста. 
В постановлении Пленума от 21.12.2010 № 28 приняты меры к определенному расширению и одновременно разграничению сферы использования в доказывании специальных знаний в форме заключения эксперта и заключения или допроса специалиста. Эти источники доказательств недопустимо рассматривать как тождественные. 
По своему доказательственному значению заключение эксперта более весомо, нежели заключение специалиста. 
Исходя из содержания ч. 1 ст. 144 УПК РФ, устанавливающей формы и средства проверки сообщения о преступлении и выявления его признаков, несложно сделать вывод о том, что исследования, выполняемые специалистами, осуществляются именно на данном этапе уголовного судопроизводства, поскольку уголовно-процессуальный закон не допускает возможности назначения и производства судебных экспертиз в этот период. 
Достоверность и обоснованность выводов специалиста, таким образом, должны быть подтверждены после возбуждения уголовного дела в результате производства соответствующей экспертизы. 
Компетенция специалиста определена положениями ч. 1 
ст. 58 УПК РФ, в соответствии с которой он может:
участвовать в процессуальных действиях в порядке, установленном нормой Кодекса, для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов; 
оказывать содействие в применении технических средств;
оказывать содействие в исследовании материалов уголовного дела;
оказывать помощь следователю в постановке вопросов эксперту;
разъяснять суду и сторонам вопросы, входящие в его компетенцию. 
Анализ данной нормы позволяет видеть ее довольно общий характер, поскольку сфера участия специалиста в досудебном производстве по уголовному делу достаточно обширна и не ограничивается только перечисленными в ч. 1 ст. 58 УПК РФ, а также в ч. 1 ст. 144 УПК РФ вопросами. 
Учитывая, что подавляющее большинство уголовных дел приостанавливается производством в связи с неустановлением лиц, подлежащих привлечению в качестве обвиняемых (как правило, в связи с совершением убийств, изнасилований, разбойных нападений, насильственных действий сексуального характера в отношении малолетних и др.), в поле зрения прокурора, проверяющего законность и обоснованность вынесения следователем соответствующего постановления, должны находиться:
факт и результаты привлечения специалистов с целью их участия в анализе материалов расследования с целью разработки наиболее вероятных социально-психологических характеристик подлежащих установлению лиц (розыскных профилей), выдвижения и проверки соответствующих розыскных версий; 
использование помощи специалистов в обнаружении, изъятии следов, предметов и других объектов и определении направлений их исследования с целью получения ориентирующей информации, которая может быть использована в установлении конкретных виновных в преступлениях лиц;
привлечение специалистов в качестве консультантов для получения информации о возможностях государственных судебно-экспертных, а также научно-исследовательских и других учреждений с целью обеспечения максимально полного исследования объектов, изъятых в связи с расследованием;
привлечение специалистов к оценке полученных заключений экспертов с точки зрения их полноты и достоверности, научной обоснованности примененных методик исследования;
привлечение специалистов к оценке психологических качеств подозреваемых, обвиняемых с целью разработки оптимальной тактики их допросов;
привлечение специалистов к участию в допросах несовершеннолетних и малолетних потерпевших, свидетелей с целью установления с ними должного психологического контакта, преодоления их посткриминального стрессового состояния и обеспечения получения от них полных и достоверных показаний, а также в иных ситуациях, требующих использования помощи специалистов того или иного направления практической деятельности или научного знания.
Соответственно, прокурор изучая приостановленное уголовное дело, проводя оперативные совещания со следователем и сотрудниками подразделений, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность в связи с расследованием преступления, в связи с которым это дело было возбуждено, обязан выяснить активность, уровень и результаты привлечения специалистов к разрешению перечисленных и других вопросов.
Если будут установлены факты недостаточного их использования, целесообразно совместно обсудить вопрос о целесообразности и перспективах их привлечения к участию в дополнительном следствии.
Несмотря на то что определенные формы оказания специалистами помощи следователям не регулируются уголовно-процессуальным законом, прокурор тем не менее вправе дать указание об их привлечении к расследованию и использованию полученных результатов в дальнейшем расследовании. 
Например, это относится к ситуациям, когда следователь, несмотря на достаточно информативные показания потерпевших и свидетелей, не использовал возможность составления на основании их показаний субъективного розыскного портрета (по методу «фоторобота», с использованием специальной компьютерной программы, комбинированным способом и т.д.). 
Безусловно, составление такого портрета и его использование не урегулированы нормами УПК РФ и преследуют исключительно криминалистические цели, однако игнорирование такой возможности в последующем существенно усложняет решение задач уголовно-процессуальной деятельности.
Проведение следователем осмотра вещественных доказательств (в частности, предметов одежды потерпевшего) без использования технических средств (ультрафиолетового осветителя) может обусловить принятие им неверного решения о нецелесообразности назначения судебно-медицинской экспертизы вещественных доказательств для обнаружения происходящих от преступника следов биологического происхождения.
Упущение подобного рода следует расценивать как нарушение требований ч. 2 ст. 21 УПК РФ о принятии всех предусмотренных Кодексом мер по установлению и изобличению совершившего преступление лица.
При установлении подобного факта прокурор при изучении приостановленного уголовного дела в постановлении об отмене соответствующего постановления следователя должен указать на этот недостаток, обязав тем самым следователя провести дополнительный осмотр названных объектов с предварительной консультацией у специалиста о том, какие технические средства и реактивы необходимо использовать для отыскания возможных следов, последующее судебно-экспертное исследование которых может дать ценную ориентирующую и доказательственную информацию.
Заключение эксперта обеспечивает достоверный и обоснованный вывод о времени, способе, орудиях и других обстоятельствах совершения преступления, подлежащих доказыванию, причастности к нему определенного лица или лиц, а равно о непричастности лица к преступлению или его невиновности. 
В процессуальных документах ссылки на заключения экспертов и другие доказательства должны быть достаточно информативными и взаимосвязанными. Принятые решения не должны аргументироваться заключениями экспертов, полученными с нарушением закона или содержащими экспертные ошибки. Поэтому прокурор при анализе материалов уголовного дела должен подвергнуть их всесторонней оценке.
Материалы анализа практики прокурорского надзора за законностью и обоснованностью приостановления предварительного следствия указывают на то, что основные недостатки в использовании возможностей судебных экспертиз допускаются как на первоначальном этапе расследования, так и на последующих его этапах, в рамках которых осуществляется уголовное преследование подозреваемого или обвиняемого.
На первоначальном этапе эти недостатки проявляются:
1)	в недостатках производства судебных экспертиз по установлению пригодности для идентификации обнаруженных и изъятых следов и предметов, являющихся носителями следов вероятно совершившего преступление лица. Такие недостатки обусловлены как слабыми возможностями судебно-экспертных учреждений, обслуживающих территорию, где действует данный следственный орган, так и отсутствием у следователя информированности о возможностях производства необходимых судебных экспертиз в судебно-экспертных учреждениях более высокого уровня, негативно сказываются на полноте исследования таких объектов и упущениях в организации и осуществлении ведомственного процессуального контроля за расследованием;
2)	в несвоевременности выявления в группе однотипных преступлений признаков их совершения одними и теми же лицами (серийных преступлений). В частности, исследование обстоятельств совершения серийных убийств позволяет выделить следующие основные виды анализируемой информации, содержащей признаки их совершения одними и теми же лицами: 
судебно-медицинская – причина и время наступления смерти потерпевших; характер и локализация телесных повреждений на их трупах; признаки причинения телесных повреждений после обнажения тела жертвы; рассечение, полная или частичная ампутация наружных и внутренних половых органов; использование однотипных орудий убийства; признаки глумления над трупом в виде посмертных телесных повреждений; наличие на трупе нетипичных повреждений (ампутация пальца или носа; рассечение сердца; перерезание шеи и др.);
медико-криминалистическая – следы укусов на телах потерпевших; характерные следы орудий убийств и орудий расчленения на кожных покровах, костях и хрящах трупов и их фрагментов;
трасологическая – следы рук на предметах обстановки и на орудиях убийств; следы обуви на местах убийств; следы зубов на окурках; следы транспортных средств около мест обнаружения трупов; следы рубящих и режущих орудий на ветках, которыми маскируются трупы. 
В случаях, когда преступники связывают руки или заклеивают рты подвергшихся нападениям и пыткам людей липкой лентой «скотч» либо изоляционной лентой, на ней могут остаться следы рук нападавших; следы-наложения микрочастиц в виде волокон, отличающихся от волокон в составе ткани одежды потерпевших и имеющих одинаковое происхождение с микрочастицами, обнаруженными по другим эпизодам убийств; микрочастицы на деталях обстановки места происшествия; в содержимом подногтевых лож рук трупов потерпевших;
баллистическая – выстреленные из одного и того же экземпляра огнестрельного оружия: а) пули, извлеченные из тел потерпевших, а также обнаруженные на местах происшествий по различным эпизодам убийств; б) стреляные гильзы; в) патроны со следами пребывания в казенной части одного и того же экземпляра оружия, найденные на различных местах убийств; г) сходство состава металла для пуль и признаки использования одного и того же оружия для изготовления пыжей и прокладок к патронам для гладкоствольного оружия и т.п.;
биологическая – молекулярно-генетические, групповые и иные дифференцирующие свойства крови на одежде потерпевших и в содержимом подногтевых лож их рук; слюны на окурках сигарет или папирос, выкуренных преступниками (они могут находиться как на месте убийства, так и в том месте, откуда преступник высматривал жертву); потожирового вещества на головных уборах, перчатках, предметах одежды преступника, на орудиях убийств; носовой слизи на носовых платках, не принадлежавших потерпевшим; спермы на предметах одежды, белья и на телах потерпевших, на тампонах с мазками из их трупов; волос на местах происшествий, на теле, в пальцах рук трупов, на их одежде и в счесах с лобковых областей; частиц эпителиальной ткани в подногтевом содержимом потерпевших; крови в следах, образовавшихся в результате травмирования преступника на местах происшествий (осколки стекол в окнах, распиленные прутья оконных решеток и дверных проемов, выступы металла на взломанных металлических сейфах и иных хранилищах и т.п.);
запаховая (одорологическая) – пробы воздуха с мест происшествий; на орудиях убийств и иных объектах, не принадлежащих потерпевшим; на одежде потерпевших, контактировавшей с одеждой, руками, телом преступника; в следах крови, выделений и в волосах преступника;
техническая (конструкторско-технологическая) – конструктивные особенности устройства и технологии изготовления орудий убийств (например, атипичного огнестрельного оружия путем рассверливания стволов газовых пистолетов и изготовления вставок под них, обеспечивающих стрельбу из них штатными патронами); приспособлений к огнестрельному оружию (самодельных глушителей к пистолетам и пистолетам-пулеметам); следы оборудования и инструментов, использовавшихся для изготовления перечисленных объектов;
иная – совпадающие характеристики мест происшествий, т.е. расположенность в укрытых местах, позволяющих предварительного наблюдать за жертвой, а затем незаметно приближаться и внезапно нападать на нее; нахождение мест происшествий близи остановок городского или пригородного транспорта; характерные признаки мест сокрытия трупов жертв, дающие основание предполагать хорошее знание преступников этой местности, и др.; наличие группы субъективных портретов похожих друг на друга лиц – вероятных преступников, составленных художниками-криминалистами методом субъективного рисованного портрета (СРП) или составления «фоторобота» по показаниям оставшихся в живых потерпевших или свидетелей; совпадение времени убийств; совершение преступлений в одни и те же дни недели и т.д.
Перечисленная информация может быть получена в результате производства комплекса соответствующих судебных экспертиз, производство которых необходимо как в отсутствие лица, совершившего расследуемую серию убийств, так и на этапах уголовного преследования подозреваемого и обвиняемого. Выполнение перечисленных видов судебных экспертиз, безусловно, необходимо и по уголовным делам об изнасилованиях, кражах, грабежах, разбоях, хулиганстве, бандитизме и других преступлениях насильственного характера; 
3) в непринятии мер по обеспечению судебно-экспертного исследования обнаруженных и изъятых следов и других объектов по причинам субъективного характера, в том числе в связи с неосведомленностью следователя о фактических возможностях производства таковых не только в судебно-экспертных, но и в других учреждениях (научно-исследовательских институтах, высших учебных заведениях и т.д.). 
Необходимую информацию в подобных затруднительных ситуациях следователь должен получить в экспертно-криминалистическом учреждении органа внутренних дел или другого правоохранительного органа, в криминалистическом подразделении Главного следственного управления или следственного управления Следственного комитета РФ по субъекту Российской Федерации или в приравненном к нему специализированном следственном управлении Следственного комитета РФ, за счет изучения специальной литературы и т.д.;
4) в недостаточно активном использовании результатов судебных экспертиз, имеющих ориентирующее (поисковое) значение, а также в изобличении подозреваемых и обвиняемых, либо оставлении без внимания возможностей их использования в поиске преступника;
5) отсутствие реагирования следователя на ошибки, допущенные при производстве судебных экспертиз, в результате которых не получены те результаты, которых реально можно было добиться при надлежащем отношении судебного эксперта к своим обязанностям. Если процессуальные недостатки при назначении судебных экспертиз прокурору несложно обнаружить, то выявление экспертных ошибок для него может представлять определенную сложность.
В юридической литературе высказано мнение, что экспертная ошибка – это не соответствующее объективной действительности суждение эксперта или его действия, не приводящие к цели экспертного исследования, являющиеся результатом добросовестного заблуждения.
Предложено также деление экспертных ошибок на три группы:
1) ошибки процессуального характера:
нарушение экспертом процессуального режима и процедуры производства экспертизы;
выход эксперта за пределы своей компетенции;
выражение экспертной инициативы в не предусмотренных законом формах;
самостоятельное собирание материалов и объектов экспертизы;
обоснование выводов материалами дела, а не результатами исследования;
осуществление не санкционированных судом (следователем) контактов с заинтересованными лицами;
принятие поручения на производство экспертизы и материалов от неуполномоченных лиц;
несоблюдение процессуальных требований к заключению эксперта (в том числе отсутствие в заключении необходимых реквизитов);
2) гносеологические ошибки, коренящиеся в сложностях процесса экспертного исследования, которые могут быть допущены при познании сущности, свойств, признаков объектов экспертизы, отношений между ними, а также при оценке результатов, итогов экспертного исследования, их интерпретации;
3) деятельностные (операциональные) ошибки, связанные с осуществляемыми экспертом операциями (процедурами) и могущие заключаться в нарушении предписанной последовательности этих процедур, в неправильном использовании средств исследования или использовании непригодных технических и иных средств исследования, в получении недоброкачественного сравнительного материала и т.д.
Прокурорам весьма необходимо знать такие ошибки и уметь своевременно их выявлять. Это может быть сделано как самостоятельно, так и с помощью специалиста, что исключит осложнения при дальнейшем производстве по делу. 
При выявлении перечисленных и других недостатков при назначении и производстве судебных экспертиз прокурор должен отменить постановление следователя  о приостановлении предварительного следствия и обязать его принять меры к восполнению неполноты расследования путем назначения дополнительных или повторных судебных экспертиз. 
При проверке соблюдения законности при назначении и производстве судебных экспертиз прокурор должен держать в поле зрения и вопросы соблюдения процессуальных прав и законных интересов потерпевшего, подозреваемого, обвиняемого. Нарушения этих прав могут повлечь признание заключения эксперта недопустимым доказательством.

2.4. Оценка прокурором результатов использования данных 
уголовной регистрации (криминалистических учетов) 
по приостановленным производством уголовным делам

Уголовная регистрация или криминалистические учеты является систематизированной совокупностью данных о связанных с преступлениями и правонарушениями фактах, лицах, предметах и документах, которая ведется в информационных и экспертно-криминалистических подразделениях внутренних дел. 
По выражению одного из создателей отечественной криминалистики И.Н. Якимова, уголовную регистрацию можно сравнить с частой сетью, раскинутой над преступным миром. Как всякий учет, регистрация должна быть поставлена по возможности широко и всесторонне, охватывать максимальное количество учетных единиц и пользоваться точными способами учета, находящимися на высоте современной науки. 
Значение учения о криминалистической регистрации весьма точно охарактеризовал Р.С. Белкин. Он писал, что данное учение «представляет собой систематизированное знание об определенном круге объектов и явлений реального мира: о видах криминалистической регистрации, их связях между собой и с другими технико-криминалистическими средствами, характере и содержании регистрируемой (собираемой) информации, принципах, формах и способах ее систематизации, хранения, поиска и передачи, об оптимальной организации и управлении регистрационными аппаратами и т.д. 
В широком смысле слова объектом этой теории является криминалистическая регистрация как разновидность практической деятельности по борьбе с преступностью».
Начало формированию криминалистических учетов было положено еще в конце XIX в., когда французский криминалист Альфонс Бертильон научно обосновал и внедрил в практику борьбы с преступностью антропометрический метод регистрации преступников. Практически в то же время была доказана возможность использования в тех же целях дактилоскопии. Не случайно эта система получила название «уголовная регистрация» (т.е. регистрация преступлений и преступников).
В настоящее время в рамках уголовной регистрации насчитывается более 30 различных криминалистических учетов, которые в зависимости от их целевого назначения, особенностей учитываемых объектов и характеризующих их признаков группируются по основным блокам: оперативно-справочные, криминалистические и разыскные, экспертно-криминалистические коллекции и картотеки, а также справочно-вспомогательные учеты, а в зависимости от уровня централизации – на федеральный и местный учеты.
В криминалистике деятельность по расследованию преступлений и поддержанию государственного обвинения рассматривается как процесс получения, накопления, обработки и использования криминалистически значимой информации. Ее эффективность предопределяется уровнем информационной обеспеченности лиц, осуществляющих такую деятельность.
В качестве информации здесь рассматриваются фактические данные или сведения, имеющие причинно-следственную связь с событием преступления, характеризующие способ его совершения, лиц, его совершивших, предметы преступного посягательства, орудия преступления и иные обстоятельства.
Источниками информации при этом являются самые разнообразные (материальные и идеальные) следы преступлений, следы как любые изменения в окружающей среде. Кроме того, источником информации служат все следообразующие объекты. 
Вместе с тем в процессе расследования преступлений и судебного разбирательства для установления и оценки фактов, обстоятельств, входящих в предмет доказывания по уголовным делам, нередко важное значение имеет сугубо справочная информация, характеризующая индивидуальные, или родовые, признаки человека, материалов, веществ, изделий, которые могут и не иметь причинно-следственных связей с событием расследуемого преступления. 
Подобная информация способствует решению классификационных, диагностических и идентификационных задач в процессе доказывания виновности обвиняемого или подсудимого. Это, как правило, информация о природе происхождения и качественном составе известных веществ, материалов, сведения об образцах изделий или продукции. Такая справочная информация имеет потенциальное криминалистическое значение.
Криминалистически значимая информация может быть зафиксирована, обработана, передана на расстояние и помещена на хранение. Таким образом создаются банки данных, определяющих содержание и возможности целевой информационной системы, которую сегодня принято также называть уголовной регистрацией, предоставленной различными видами учетов. По своей природе такая система является правовой, поскольку она создается и функционирует в целях расследования преступлений и судебного разбирательства по уголовным делам. 
По содержанию она является криминалистической, поскольку в ее основе лежат положения криминалистической науки, которая разрабатывает комплексы методических рекомендаций, специальных методов и средств для получения, обработки, хранения и использования информации о самом преступлении и его участниках. Она при этом трансформирует современные средства автоматизации и вычислительной техники.
Структурно уголовная или криминалистическая регистрация состоит из множества разнообразных учетов, которые, как правило, называются по виду учтенных и систематизированных объектов. Например, учет похищенного, утерянного, изъятого, добровольно сданного огнестрельного оружия; учет поддельных денежных знаков; учет следов рук, изымаемых с мест нераскрытых преступлений, и пр. Кроме того, криминалистические учеты различаются в зависимости от способа регистрации (например, дактилоскопический учет).
Вся имеющаяся информация накапливается в виде картотек, списков, альбомов или коллекций. Они представляют собой различные формы криминалистических учетов или уголовной регистрации.
Разнообразны и способы фиксации криминалистически значимой информации: описательный (например, алфавитный, по признакам внешности, по способу совершения преступлений и т.п.); изготовление вещественных изображений (например, фотоснимков, микрофиш, дактилоскопических карт, слепков и др.); графический (например, хроматограммы, спектрограммы и т.д.); сбор натуральных объектов-оригиналов и образцов.
В автоматизированных учетах информация, которая помещена в соответствующие банки данных, описывается информационно-поисковым языком системы, с помощью которого обрабатывается и делается запрос в систему. Для этого разрабатывается словарь поисковых признаков (тезаурус системы).
Криминалистические учеты в целом представляют собой методологически и организационно единую информационную систему, которая имеет единую правовую основу функционирования – уголовно-процессуальное законодательство; единую организационно-функциональную структуру – экспертно-криминалистические подразделения и информационно-вычислительные центры, взаимодействующие с органами прокуратуры, следствия и дознания.
Эта система при всем многообразии носителей и источников информации, средств и методов ее выявления, фиксации и обработки имеет единую техническую базу. Ее основу составляют традиционные криминалистические методы и средства, а также современные средства автоматизации, вычислительной техники.
Общей правовой основой криминалистических учетов или уголовной регистрации является уголовно-процессуальное законодательство Российской Федерации. 
Основанием для криминалистической регистрации лиц являются: протоколы следственных действий, протоколы задержания подозреваемых, постановления об избрании меры пресечения в виде содержания под стражей, постановления о привлечении в качестве обвиняемого, постановления о заведении розыскных дел, протоколы об административных правонарушениях, приговор или определение суда, постановления суда об административном аресте, постановления о заведении дел по установлению личности неизвестного.
Эффективность криминалистических учетов или уголовной регистрации зависит от полноты и достоверности сведений в первичных учетных документах, составляемых экспертом, оперативными работниками или следователями, а также своевременности их направления в информационные центры (ГИЦ) или ЭКЦ.
Оперативно-справочные учеты предназначены для систематизации сведений относительно: привлечения лица к уголовной ответственности, судимости, реабилитации, времени и места отбывания наказания, установления местонахождения разыскиваемых лиц; установления личности человека по неопознанным трупам и лиц, скрывающих анкетные данные; установления личности граждан, неспособных по состоянию здоровья или возрасту сообщить данные о своей личности, и т.д. 
Объектами данных учетов являются: граждане Российской Федерации, иностранные граждане и лица без гражданства, подозреваемые в совершении преступления, обвиняемые в совершении преступления, осужденные за совершение преступления, а также разыскиваемые лица, лица без определенного места пребывания или жительства, задержанные или доставленные в приемники-распределители ОВД, центры социальной реабилитации и пр., лица, подвергнутые административному аресту, совершившие административное правонарушение, лица, подлежащие депортации, и лица, не способные по состоянию здоровья или возрасту сообщить данные о своей личности, если установить эти данные иным способом невозможно. 
В основу централизованных криминалистических и разыс-кных учетов предметов, вещей, изделий, лиц положены их внешне очевидные, зрительно воспринимаемые признаки, например автотранспорт, его отдельные детали, видео- или звукозаписывающая аппаратура, часы, изделия, которые имеют заводские номера, маркировки с указанием завода-изготовителя, времени, места выпуска.
Для ювелирных изделий из драгоценных металлов, предметов антиквариата, как правило, характерно наличие хорошо различимых признаков их изготовления, реставрации, пометок о качественных пробах; паспорта имеют свои серии и номера и т.д. 
Черты внешности регистрируемого лица описываются по системе строго определенных признаков словесного портрета 
(с использованием установленной формы учета).
Систематизация объектов ведется в соответствии с названием вида учета: 
лица, совершившие тяжкие и особо тяжкие преступления, – «Криминалистический учет подозреваемых, обвиняемых и осужденных лиц и преступлений»;
тяжкие и особо тяжкие нераскрытые и раскрытые преступления с характерным способом совершения, имеющие серийную и межрегиональную направленность;
похищенные и изъятые ценные бумаги, паспортно-визовые документы и номерные вещи, соответственно – криминалистический учет похищенных и изъятых документов, номерных вещей;
факты хищений ценностей из металлических и других специально приспособленных хранилищ, соответственно – криминалистический учет похищенных ценностей из металлических хранилищ;
пропавшие без вести лица, неопознанные трупы, лица, неспособные по состоянию здоровья или возрасту сообщить данные о своей личности, соответственно – криминалистический учет лиц, пропавших без вести, неопознанных трупов, лиц, неспособных по состоянию здоровья или возрасту сообщить данные о своей личности;
лица, объявленные в федеральный и межгосударственный розыск, соответственно – криминалистический учет лиц, объявленных в федеральный и межгосударственный розыск;
утраченное и выявленное огнестрельное оружие и другое вооружение, соответственно – криминалистический учет утраченного и выявленного огнестрельного оружия и другого вооружения;
разыскиваемые транспортные средства, соответственно – криминалистический учет разыскиваемых транспортных средств; 
похищенные и изъятые предметы, имеющие особую историческую, научную, художественную или культурную ценность, соответственно – криминалистический учет похищенных предметов, имеющих особую историческую, научную, художественную или культурную ценность;
правонарушения и преступления, совершенные на территории Российской Федерации иностранными гражданами и лицами без гражданства, а также в отношении них, соответственно – криминалистический учет правонарушений и преступлений, совершенных на территории Российской Федерации иностранными гражданами и лицами без гражданства, а также в отношении них.
Информационной основой Централизованных экспертно-криминалистических коллекций и картотек является сбор, сосредоточение и систематизация однородных объектов или сведений о них по идентификационным признакам. Экспертно-криминалистические коллекции и картотеки ведутся в экспертно-криминалистических подразделениях МВД, ГУВД, УВД субъектов Российской Федерации, УВДТ, УВД (ОВД) – это местные, 
а федеральный уровень – в ЭКЦ МВД РФ. Это прежде всего: коллекции пуль, гильз и патронов со следами оружия, изъятых с мест преступлений, и утраченного (похищенного) оружия (пулегильзотеки); картотеки поддельных денег и ценных бумаг; картотеки поддельных документов, изготовленных полиграфическим способом; фонотека голоса и речи лиц, представляющих оперативный интерес. 
Справочно-вспомогательную систему составляют натурные образцы предметов, материалов, веществ, следы и следовые образования которых чаще всего обнаруживаются на местах происшествий. К числу таких объектов относятся: огнестрельное и холодное оружие, боеприпасы; орудия взлома и инструменты, используемые при совершении преступлений; детали, части изделий относительно постоянного пользования человека (подошвы обуви, фарное стекло, протекторы шин автотранспортных средств и т.п.); материалы и вещества (наркотические, ядовитые, взрывчатые, горюче-смазочные, лаки, красители, бумаги, ткани, волокна, шерсть животных, почва, растения и т.п.); ценные бумаги и денежные купюры.
Признаки данных объектов позволяют устанавливать целый ряд важных, особенно для целей розыска, обстоятельств: групповую принадлежность, качественный состав, особенности производства, а значит, и место изготовления. 
Признаки изделий и инструментов, отображающиеся в следах преступлений, могут свидетельствовать об их внешнем виде, модели, конструктивных особенностях, что при наличии их натурных образцов позволяет выявить и наглядно представить аналог орудий совершения преступления, иных предметов, использованных при совершении преступления.
Справочно-вспомогательные системы базируются на результатах научных разработок по выявлению и классификации общих и индивидуальных признаков, характеризующих объекты данных учетов, на общих положениях теорий криминалистической идентификации, классификации, диагностики и установления групповой принадлежности. При этом идентификационные признаки устанавливаемых материалов, веществ, изделий, отобразившиеся в следах преступлений, и являются поисковыми. 
Отечественный и зарубежный опыт использования ЭВМ в целях раскрытия и расследования преступлений позволяет сделать однозначный вывод о том, что современные информационные технологии, средства автоматизации заключают в себе огромные потенциальные резервы повышения эффективности деятельности правоохранительных органов.
Прокурорская надзорная практика последних лет показывает, что обязанность следователей во всех необходимых случаях – обращаться к действующим системам уголовной регистрации: оперативно-розыскным, оперативно-справочным, криминалистическим и иным видам учетов. Такая практика осуществляется следователями не всегда.
Это обусловлено следующими факторами: 
отсутствием у определенного числа следователей четкого представления о действующих системах криминалистической (уголовной) регистрации и о порядке проведения проверок по ним; 
проведением проверки только по местному (в лучшем случае – по региональному) учету и оставление без внимания необходимости ее проведения по федеральному (централизованному) 
учету;
непринятием мер по процессуальному исследованию положительных результатов проверок, например по дактилотекам, следотекам, пулегильзотекам и натурным коллекциям. 
В свою очередь, отсутствие у сотрудников подразделений процессуального контроля следственных органов должной подготовки в этой области также не способствует полноте использования данных уголовной регистрации или криминалистических учетов. 
В результате этого утрачиваются существенные возможности получения криминалистически значимой информации, использование которой может если не напрямую указать путь к раскрытию преступления, то по меньшей мере обозначить ориентиры дальнейшей работы по поиску преступника, похищенного имущества, орудий преступления и иных вещественных доказательств.
Как от следователей, так и от прокурорских работников, обеспечивающих надзор за процессуальной деятельностью органов предварительного следствия и органов дознания, требуется хорошее знание возможностей существующих видов уголовной регистрации; порядка проверок по ним различных объектов и сведений; использования полученной таким образом информации в установлении и изобличении совершивших преступления лиц. 
Прокурорский надзор за данным направлением следственной работы имеет существенное значение.
В условиях недостаточной профессиональной подготовки начинающих следователей, многие из которых не имеют даже первоначального представления о том, что такое уголовная регистрация, где она осуществляется и как использовать ее данные, а также при определенных упущениях в организации и осуществлении процессуального контроля за предварительным расследованием, о которых сказано ранее, прокурор может и должен обращать внимание на необходимость, возможность и цель обращения к соответствующим базам данных.
С другой стороны, если изымавшиеся в связи с расследованием объекты проверялись по определенному виду учета, то прокурор при изучении приостановленного производством уголовного дела обязан выяснить, на каком уровне и насколько качественно выполнена проверка; нет ли необходимости, а также возможности ее дополнительного проведения.
Хорошо владеющий вопросами использования и следящий за изменениями в порядке формирования, ведения и практического применения отдельных видов уголовной регистрации прокурор может компетентно и реально влиять на достижение позитивных результатов расследования за счет их использования. 
Его знания в этой области необходимо рассматривать в качестве обязательной составляющей его криминалистической и, следовательно, профессиональной подготовки.
В современных условиях борьбы с преступностью законодательство, регулирующее использование криминалистических учетов, уточнено соответствующими нормативными актами общего характера в сфере формирования и ведения данных уголовной регистрации:
1. Федеральный закон от 07.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции», 
в соответствии с которым на органы полиции возложена обязанность, а также в целях выполнения возложенных на них обязанностей предоставлено право осуществлять в соответствии с федеральным законом государственную дактилоскопическую регистрацию и государственную геномную регистрацию (п. 28 ст. 12); получать, учитывать, хранить, классифицировать, использовать, выдавать и уничтожать в соответствии с законодательством Российской Федерации дактилоскопическую и геномную информацию (п. 33 ст. 13); использовать в деятельности информационные системы; формировать, вести и использовать банки данных 
оперативно-справочной, криминалистической, экспертно-криминалистической, разыскной и иной информации о лицах, предметах и фактах; использовать банки данных других государственных органов и организаций, в том числе персональные данные граждан, если федеральным законом не установлено иное 
(п. 33 ст. 13). 
2. Федеральный закон от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», в ст. 10 которого предусмотрено право органов, осуществляющих указанную деятельность, создавать и использовать информационные системы.
3. Федеральный закон от 03.12.2008 № 242-ФЗ «О государственной геномной регистрации в Российской Федерации», в соответствии с которой обязательной геномной регистрации подлежат: 1) лица, осужденные и отбывающие наказание в виде лишения свободы за совершение тяжких и особо тяжких преступлений, а также всех категорий преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности; 2) неустановленные лица, биологический материал которых изъят в ходе производства следственных действий (ч. 1 ст. 7).
Действуют и другие федеральные законы, в которых содержатся положения, имеющие непосредственное отношение к формированию, ведению и использованию различных учетов. 
Например, такие положения есть в федеральных законах от 13.12.1996 № 150-ФЗ «Об оружии» (в ред. от 10.07.2012 
№ 113-ФЗ), от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных 
(в ред. от 25.07.2011 № 261-ФЗ) и др. 
Непосредственно порядок указанной деятельности регламентируется ведомственными организационно-распорядите-льными актами руководителей правоохранительных органов, 
в системе которых функционируют регистрационные службы. 
К числу таких документов относятся:
1. Инструкция по организации формирования, ведения и использования экспертно-криминалистических учетов внутренних дел Российской Федерации, утвержденная приказом МВД России от 10.02.2006 № 70. 
2. Правила ведения экспертно-криминалистических учетов в органах внутренних дел Российской Федерации, утвержденные приказом МВД России от 10.02.2006 № 70, в соответствии с которыми в экспертно-криминалистических подразделениях органов внутренних дел ведутся: 
1. Учет следов рук.
2. Учет следов подошв обуви, орудий взлома, протекторов шин транспортных средств.
3. Учет данных ДНК биологических объектов.
4. Учет самодельных взрывных устройств.
5. Учет самодельного огнестрельного оружия.
6. Учет пуль, гильз и патронов со следами нарезного ручного стрелкового огнестрельного оружия, изъятых с мест происшествий и преступлений.
7. Учет контрольных пуль и гильз утраченного служебного, гражданского огнестрельного оружия с нарезным стволом, боевого ручного огнестрельного оружия.
8. Учеты поддельных денежных билетов, бланков ценных бумаг и бланков документов.
9. Учет субъективных портретов разыскиваемых лиц. 
10. Учет фонограмм речи (голоса) неустановленных лиц.
11. Краниологический учет (черепов неопознанных трупов).
12. Учеты микрообъектов (микроволокон, частиц лакокрасочного покрытия, полимеров и металла).
13. Учет поддельных монет.
Если сопоставить приведенный перечень с содержавшимися в предыдущих организационно-распорядительных документах МВД России, изданных по вопросам формирования и ведения учетов (приказы от 31.08.1993 № 400, от 12.07.2000 № 752 и др.), то несложно увидеть, что он существенно расширен в течение последних десяти лет. 
Кроме того, функционируют учетно-регистрационные системы в Главном информационно-аналитическом центре МВД России и в информационно-аналитических подразделениях министерств, Главных управлений и управлений МВД России в субъектах Российской Федерации. 
В соответствии с приказом МВД России от 09.07.2007 
№ 612, которым утверждено Наставление по формированию и ведению централизованных и оперативно-справочных, криминалистических и розыскных учетов внутренних дел Российской Федерации, а также приказом МВД России от 08.12.2009 № 925 «Вопросы Главного информационно-аналитического центра Министерства внутренних дел Российской Федерации» в число задач сотрудников Главного информационно-аналитическом центра (ГИАЦ) входит централизованное информационное обеспечение в установленном порядке руководства Министерства и подразделений МВД России системы МВД России, органов государственной власти Российской Федерации, правоохранительных органов иных государств статистическими, оперативно-справочными, оперативными, розыскными, дактилоскопическими, криминалистическими, архивными и научно-техническими сведениями (п. 2.1 Положения о ГИАЦ). 
В этих целях в ГИАЦ ведутся: учет преступлений и совершивших их лиц; автоматизированная информационно-поисковая система (АИПС) «Опознание», в которой содержатся сведения: 
о без вести пропавших лицах, местонахождение и судьба которых остаются неизвестными, в том числе о лицах, утративших связь с близкими родственниками, и утратившими связь между собой супругами; 
о несовершеннолетних, ушедших из дома, из школ-интернатов, детских домов, а также бежавших из центров временной изоляции и других учреждений для несовершеннолетних и правонарушителей; 
о неопознанных трупах. 
Использование данной АИПС безусловно необходимо при расследовании убийств, замаскированных под безвестное исчезновение потерпевших, и базы других, часто используемых в раскрытии и расследовании преступлений данных. 
Криминалистические и иные виды учетов ведутся и в других правоохранительных органах. Так, в соответствии с п. 19 ст. 8 Положения о Федеральной службе Российской Федерации по контролю за оборотом наркотиков, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 28.07.2004 № 976, названная служба создает и использует информационные системы и банки данных в установленной сфере деятельности, ведет криминалистические учеты, осуществляет справочное обеспечение органов наркоконтроля.
В соответствии с п. 5.7 Положения о Федеральной таможенной службе, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 26.07.2006 № 459, данная служба также осуществляет в установленном порядке разработки и создание используемых таможенными органами информационных систем, информационных технологий и средств их обеспечения. Выполнение этих обязанностей возложено на сотрудников созданных в системе ФТС учетно-регистрационных подразделений.
В зависимости от степени централизации различные виды учетов ведутся:
в территориальных органах внутренних дел (городских, районных, межрайонных), а также в органах внутренних дел на транспорте;
в органах внутренних дел субъектов Российской Федерации, а также в приравненных к ним управлениях внутренних дел на транспорте;
в Главном информационно-аналитическом центре (ГИАЦ) при МВД России и в Экспертно-криминалистическом центре МВД России.
Работа по информационному обеспечению деятельности следственных и оперативно-розыскных подразделений осуществляется в следующих формах:
ведение оперативных, розыскных, криминалистических учетов, картотек, автоматизированных (электронных) баз данных на местном, региональном и федеральном, а также межгосударственном уровне;
обработка запросов правоохранительных органов по перечисленным учетам;
получение и выдача статистической информации, используемой при анализе, планировании и осуществлении служебной деятельности правоохранительных органов по относящимся к их компетенции направлениям.
В настоящее время действует также Положение о Национальном центральном бюро Интерпола МВД России, утвержденное приказом МВД России от 31.03.2012 № 305, в число задач сотрудников которого наряду с другими, предусмотренными названным Положением, входит направление запросов и сообщений правоохранительных и иных государственных органов Российской Федерации в Генеральный секретариат Интерпола и национальные центральные бюро Интерпола иностранных государств для осуществления розыска похищенных предметов и документов (п. 10.16). 
Правилами Интерпола и обязательными решениями его Генеральной Ассамблеи предусматривается своевременное и надлежащее исполнение правоохранительными органами государств – членов Интерпола, Генеральным секретариатом и иными органами Интерпола, а также Европолом запросов правоохранительных и иных государственных органов Российской Федерации (п. 10.17), направление в Генеральный секретариат Интерпола сведений о лицах, входящих в организованные преступные группы и сообщества (преступные организации), а также о лицах, совершивших уголовные преступления, связанные с терроризмом, незаконным оборотом наркотических средств и психотропных веществ, изготовлением или сбытом поддельных денег, с посягательством на исторические и культурные ценности (п. 10.25), использование в своей деятельности информационных систем 
(п. 10.32), участие в создании и эксплуатации информационных систем обмена персональными данными при международном информационном обмене (п. 10.33). 
Изложенное обязывает следователей, руководителей следственных органов, дознавателей, начальников подразделений и органов дознания, прокуроров иметь четкое представление о существующей системе учетов в различных правоохранительных органах, их видах, порядке формирования, ведения и использования соответствующих баз данных, а также  нормативном регулировании этой деятельности. 
Только при этих условиях возможно полноценное использование местных, региональных и федеральных банков криминалистической, справочной и розыскной информации в раскрытии и расследовании преступлений. 
Существенным недостатком в работе значительного количества следователей является, как отмечалось ранее, незнание упомянутых документов и регламентированных ими вопросов. То же самое можно сказать об отдельных прокурорах, которым для того, чтобы дать следователю указание или рекомендацию о проверке по учету объекта или следа, выяснить ее результат, также необходимо ориентироваться в названных документах.
Для этого в ряде субъектов Российской Федерации в целях активизации использования данных уголовной регистрации изданы совместные приказы, распоряжения и иные документы руководителей прокуратур и органов внутренних дел.
Материалы надзорной практики свидетельствуют о том, что следователи в ряде случаев слишком доверяются сотрудникам экспертно-криминалистических подразделений органов внутренних дел, которые ответственны за проверки по пулегильзотекам и следотекам. 
Некоторые из них могут формально отнестись к исполнению этой обязанности и не направить объекты на обязательную проверку. Следовательно, их работа должна контролироваться. 
На практике может возникнуть ситуация, когда экспертиза подучетного объекта проводилась в судебно-экспертном учреждении, сотрудники которого не обязаны направлять исследуемые объекты на проверку по учетам в органы внутренних дел, поэтому соответствующая инициатива должна быть проявлена следователем или прокурором.
При проверке прокурорами законности и обоснованности приостановления уголовных дел, особенно в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого, необходимо выяснить, были ли в ходе расследования изъяты следы, предметы, документы и другие объекты, сведения о которых или сами объекты подлежат включению в соответствующий вид учета, а также осуществлена ли их проверка по этим учетам. Его предмет составляют:
проведение следователями проверки изъятых следов, предметов, документов и иных объектов; 
полнота проверки, т.е. использование соответствующих баз данных местного, регионального, а при необходимости и федерального уровня;
исследование результатов проверки в предусмотренном уголовно-процессуальным законом порядке (как правило, путем назначения и производства соответствующей идентификационной экспертизы – трасологической, баллистической, технической экспертизы документов, судебно-медицинской экспертизы вещественных доказательств и др. – проверяемого и находящегося в соответствующей криминалистической коллекции объекта для установления их идентичности и единства источника происхождения).
Содержание прокурорского надзора при этом составляют непосредственные действия прокурора по выяснению наличия в деле данных об объектах, которые должны подлежать регистрации и проверке по ее системам. 
Это происходит в результате изучения им материалов уголовного дела, в которых могут содержаться сведения об изъятии следов, предметов или документов, являющихся объектами уголовной регистрации и подлежащих проверке по соответствующим учетам.
Указанные данные могут быть получены и при заслушивании информации следователей о ходе и результатах расследования при обсуждении дела на оперативных совещаниях и др.
Следует обращать внимание на то, чтобы в уголовном деле имелись копии поручений и запросов, адресованных в соответствующие службы органов внутренних дел и другие правоохранительные органы о проверках по учетам, а также справки о результатах проверки.
В поле зрения прокуратуры должно быть и соблюдение сотрудниками регистрационных служб МВД России сроков проверок по учетам, которые постоянно ими затягиваются. Это входит в компетенцию прокуратур субъектов Российской Федерации и вытекает из содержания названных законов, регламентирующих порядок функционирования банков криминалистической информации. 
Анализ материалов надзорной практики показывает, что при изучении прокурорами приостановленных производством уголовных дел о кражах, грабежах, разбойных нападениях, убийствах, изнасилованиях и других преступлениях выявляются следующие недостатки в работе по использованию возможностей данных уголовной (криминалистической) регистрации:
оставление следователями и руководителями следственных органов без внимания необходимости проверки изъятых следов, предметов, документов и иных объектов по соответствующим учетам;
непринятие мер по получению данных, которые могут быть задействованы для проведения таких проверок. Например, встречаются уголовные дела о преступлениях, в материалах расследования которых имеются показания потерпевших и свидетелей о внешнем облике преступника, приметах его внешности, описание одежды, функциональных признаков и т.д. Однако эти сведения не всегда используются для составления субъективных портретов устанавливаемых лиц, подлежащих проверке по соответствующему учету;
при направлении запросов в учетно-регистрационные подразделения допускаются ошибки в указании заводских номеров проверяемых объектов, в связи с чем результат проверки оказывается отрицательным;
проведение проверки только по местному учету, в то время как сведения о проверяемом объекте или сам объект помещаются в базу данных регионального и централизованного (федерального) учета. В частности, имеются факты проверки следов рук с мест происшествий и находящихся на предметах, которых касались преступники, только по базе данных «Папиллон» (учет следов рук с мест совершения нераскрытых тяжких и особо тяжких преступлений) и дактилоскопическому учету Министерства, Главного управления или управления внутренних дел данного субъекта Российской Федерации. Причем при отрицательном результате такой проверки не следует направление имеющихся следов на проверку по региональному и федеральному учетам. Такие недостатки выявлялись при изучении уголовных дел о нераскрытых преступлениях в Генеральной прокуратуре Российской Федерации, а последующие проверки по региональному или федеральному учетам приносили положительный результат;
непринятие мер к установлению факта использования нарезного ручного огнестрельного оружия, с применением которого совершено расследуемое преступление, при совершении других преступлений, которые могут носить серийный характер; 
при расследовании преступлений, совершенных с применением огнестрельного оружия проводится проверка по учетам зарегистрированных преступлений, совершенных с применением насилия (АИПС «Насилие»), и пулегильзотекам, поскольку с использованием одного и того же экземпляра оружия могут быть совершены преступления разных категорий (убийство и разбойное нападение, разбойное нападение и хулиганство и т.д.). 
Приведенный перечень недостатков в использовании возможностей проверок по криминалистическим и другим видам учетов – не исчерпывающий.
Еще недостаточным является их использование в выявлении серийных преступлений. Активное использование этих возможностей способствует решению целого ряда задач, связанных с расследованием названных преступлений:
выявление групп неоднократных преступлений различных видов, совершенных одними и теми же лицами;
установление и розыск лиц, совершивших неоднократные преступления;
выявление дополнительных эпизодов, составляющих уже установленную и расследуемую серию преступлений, совершенных известным лицом, стремящимся скрыть факты их совершения от следователя.
Следователи и руководители следственных органов, а также прокуроры обязаны знать, что перспектива результативного использования соответствующих регистрационных данных зависит не только от их наличия, но также от постоянного пополнения, постановки на учет всех подлежащих регистрации событий, объектов и лиц. 
Поэтому при изучении приостановленных уголовных дел следует обращать внимание на то, есть ли в них документы, подтверждающие направление определенных следов, предметов и документов, иных объектов для постановки на учет в информационно-аналитическом или экспертно-криминалистическом подразделении. 
Прокурорский надзор за расследованием, в свою очередь, может положительно влиять на состояние указанной работы. Это означает, что все подлежащие регистрации объекты, изъятые по конкретному уголовному делу, должны быть своевременно поставлены на учет и при необходимости проверены.
Проверка по учетам в случае ее положительного результата не только не исключает, но и во всех случаях обязывает назначение соответствующей идентификационной криминалистической или судебно-медицинской экспертизы для установления единства источника происхождения следов и объектов. В ст. 196 УПК РФ, устанавливающей обязательное назначение экспертизы для установления определенных обстоятельств, нет пункта, который обязывал бы следователя назначать ее для выяснения достоверности результатов проверок по учетам, но тем не менее это требование является само собой разумеющимся. 
При изучении в порядке надзора расследуемых и приостановленных уголовных дел на данное обстоятельство должно обращаться такое же внимание, как и на иные характеризующие полноту и всесторонность проведенной работы аспекты.
Результаты проверки можно считать исчерпывающими только тогда, когда она осуществлена в информационных и криминалистических подразделениях МВД всех уровней – местного, регионального и федерального (при отрицательном результате предыдущей проверки), а результат проверки подтвержден заключением эксперта.
Если факт неиспользования или неполного использования возможностей проверок по криминалистическим учетам прокурор выявляет в результате изучения уголовного дела, находящегося в производстве, он в соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 37 УПК РФ направляет в следственный орган требование об устранении нарушения федерального закона при производстве предварительного следствия. 
Нарушение закона при этом выражается в невыполнении содержащегося в ч. 2 ст. 21 УПК РФ требования о принятии всех предусмотренных уголовно-процессуальным законом мер по изобличению совершивших преступление лица или лиц.
Учитывая, что процесс изобличения совершившего преступление лица начинается с его установления, следователь обязан использовать все предусмотренные не только УПК РФ, но и иными федеральными законами средства по получению информации, способствующей решению этой задачи. 
Если непринятие следователем мер по надлежащему использованию возможностей данных уголовной регистрации будет установлено прокурором при изучении уголовного дела, предварительное следствие по которому приостановлено в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого, данное обстоятельство может явиться основанием для отмены прокурором постановления следователя в связи с его необоснованностью в порядке и по основаниям, предусмотренным ч. 11 ст. 211 УПК РФ. 
В описательно-мотивировочной части постановления прокурора об отмене постановления следователя о приостановлении предварительного следствия в таком случае прокурор обязан указать, какие объекты должны быть проверены по криминалистическим и иным видам учетов, и назвать эти учеты.
Один из путей к более интенсивному использованию регистрационных данных – изучение прокурорскими работниками возможностей учетов, порядка их формирования и проведения проверок по ним.
Данные вопросы в достаточной степени освещены в руководствах по расследованию преступлений, учебниках криминалистики и в специальных изданиях, подготовленных в правоохранительных органах, в системе которых действуют учебно-регистрационные подразделения. 

Глава 3. Действия прокурора по результатам 
изучения приостановленных уголовных дел

3.1. Виды решений прокурора по результатам анализа 
приостановленных уголовных дел и основания их принятия

Прокурорский надзор за законностью и обоснованностью приостановления уголовного дела сопряжен с выяснением вопроса о том, принято ли следователем решение о приостановлении уголовного дела по основаниям, предусмотренным уголовно-процессуальным законом, и с соблюдением соответствующих условий принятия такого решения, перечисленных в ст. 208 УПК РФ. 
Изучая уголовное дело, приостановленное на основании п. 1 ч. 1 названной статьи, прокурор проверяет, выполнено ли следователем содержащееся в ч. 2 ст. 21 УПК РФ требование о принятии предусмотренных мер по установлению события преступления, изобличению виновных в его совершении лица или лиц. 
В том случае, если они установлены и их виновность в преступлении доказана, прокурор, соответственно, проверяет, является ли обоснованным приостановление следствия на основании 
п. 2 – 4 ч. 1 ст. 208 УПК РФ.
При изучении приостановленного дела необходимо иметь в виду, что решение об этом не свидетельствует об окончании предварительного следствия, напротив, оно принципиально отличается от него как по существу, так и по последствиям.
Постановление о приостановлении следствия не только не прерывает течение его сроков (если таковые не истекли), но и предполагает продолжение следствия в будущем, если будут устранены или отпадут условия, явившиеся правовыми основаниями принятия рассматриваемого процессуального решения.
Н.В. Жогин и Ф.Н. Фаткуллин обратили внимание на следующее: «Не всякое обстоятельство, мешающее завершению следствия в предусмотренные законом сроки, дает основание для приостановления дела. Например, задержка в этапировании обвиняемого, заключенного под стражу, временный отъезд важных по делу свидетелей, незаконченность продолжительной финансовой ревизии, необходимость проведения повторной судебной экспертизы и ряд других причин тоже могут быть объективными, зависящими не только от следователя обстоятельствами, мешающими завершению следствия в установленные сроки. 
Однако подобные обстоятельства не являются основанием для приостановления дела, поскольку при них возникшие осложнения касаются лишь отдельных следственных действий; расследование в целом может успешно продолжаться, и потому речь должна идти только о продлении на некоторое время сроков его ведения. 
В таких случаях надо не приостанавливать, а, наоборот, активизировать следствие, принять все возможные меры к тому, чтобы быстрее и успешнее завершить его». 
Данное правило обязательно не только для следователя, в производстве которого находилось проверяемое прокурором приостановленное уголовное дело, но и для самого прокурора.
Незаконным постановление следователя о приостановлении предварительного следствия может быть признано в случае, если: 
данное процессуальное решение принято в отсутствие оснований, перечисленных в ч. 1 ст. 208 УПК РФ; 
постановление о приостановлении следствия вынесено должностным лицом следственного органа (подразделения), не принявшим уголовное дело к своему производству (например, если его вынес следователь, включенный в состав следственной группы, который не имеет права на вынесение процессуальных решений о движении уголовного дела); 
постановление вынесено после истечения предусмотренного УПК РФ или продленного срока предварительного следствия. 
Необоснованным приостановление предварительного следствия признается, если:
материалами уголовного дела не подтверждается наличие предусмотренных ч. 1 ст. 208 УПК РФ оснований принятия данного решения;
в случае приостановления производства по делу по основаниям, предусмотренным п. 1 и 2 ч. 1 ст. 208 УПК РФ, не выполнены все следственные действия, проведение которых возможно в отсутствие лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого; не истек срок предварительного следствия и, следовательно, имеются возможности продолжения процессуальной деятельности по установлению этого лица;
при приостановлении предварительного следствия по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 208 УПК РФ, не приняты меры к установлению фактического места нахождения подозреваемого или обвиняемого и не выяснена, таким образом, обоснованность вывода о реальной невозможности его участия в следственных действиях;
при приостановлении предварительного следствия на основании п. 4 ч. 1 ст. 208 УПК РФ не проверена достоверность сведений о временном тяжком заболевании подозреваемого или обвиняемого, препятствующем его участию в следственных действиях, хотя следователю и представлено медицинское заключение о наличии у названного лица такого заболевания.
В связи с этим прокурор обязан проверить, насколько мотивировка следователем решения о приостановлении следствия является убедительной, объективной и обоснованной. 
Правильно, на наш взгляд, пишет А.Л. Протопопов, что нередко в постановлении о приостановлении следствия содержатся формальные фразы о том, что срок следствия истек, а преступник не установлен. Постановление должно быть кратким и в то же время содержать суть дела. 
Можно согласиться с В.М. Быковым и В.Д. Ломовским, что в описательной его части следует излагать совершение преступления, доказательства его совершения, в том числе определенным лицом, основание приостановления уголовного дела с указанием соответствующих пункта и статьи уголовно-процессуального кодекса.
В.Ф. Крюков обратил внимание и на следующее весьма важное обстоятельство: «Вместе с тем следует иметь в виду, что предусмотренные законом требования, предъявляемые к приостановлению предварительного следствия, не ограничиваются только наличием одного из необходимых оснований. Кроме того, нужно выполнить ряд условий, без учета которых наряду с основаниями, предусмотренными законом, предварительное следствие и производство дознания не может быть приостановлено».
К числу таких условий в полной мере относится и максимально возможное в существующих условиях использование методов, средств, приемов криминалистики в обеспечении надлежащей полноты и всесторонности предварительного следствия, о которых сказано в главе 2 настоящего пособия.
Соблюдение требования о полноте, всесторонности и объективности исследования обстоятельств уголовного дела, несмотря на отсутствие в уголовно-процессуальном законе соответствующего императива, обоснованно, по нашему мнению, рассматривается как необходимое условие производства по уголовному делу и, по сути, не утратило своего принципиального значения. 
Примечательно, что Федеральный закон от 31.05.2001 
№ 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» предусматривает в качестве правовой основы производства судебных экспертиз Уголовно-процессуальный кодекс РФ наряду с другими федеральными законами (ст. 3), а также определяет одним из принципов судебно-экспертной деятельности полноту, всесторонность и объективность судебно-экспертных исследований, проводимых с использованием современных достижений науки и техники (ст. 4). 
Данные положения убедительно свидетельствуют о распространении данного принципа судебно-экспертной деятельности на уголовное судопроизводство, в решении задач которого роль заключений экспертов неоспорима.  
На это указывает и правовая позиция, содержащиеся в п. 3 
и 4 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 29.06.2004 № 13-П «По делу о проверке конституционности отдельных положений статей 7, 15, 197, 234 и 40 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросом группы депутатов Государственной Думы». В постановлении содержатся положения, указывающие на то, что «обвинение может быть признано обоснованным только при условии, что все противоречащие ему обстоятельства дела объективно (выделено нами. – Прим. авт.) исследованы и опровергнуты стороной обвинения… Дознаватель, следователь, прокурор и суд, осуществляя доказывание, обязаны принимать в установленных процессуальных формах все зависящие от них меры к тому, чтобы были получены доказательства, подтверждающие как виновность, так и невиновность лица в совершении инкриминируемого ему преступления». 
В свою очередь, в п. 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.1996 № 1 «О судебном приговоре» (в ред. от 06.02.2007 № 7) подчеркнуто: «В соответствии со ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, если в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления доказана. В связи с этим судам надлежит исходить из того, что обвинительный приговор  должен быть постановлен на достоверных доказательствах, когда по делу исследованы все возникшие версии, а имеющиеся противоречия выяснены и оценены». 
На необходимость выполнения рассматриваемого требования указано и в ряде других постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, например от 21.12.2010 № 28 
«О судебной экспертизе по уголовным делам», от 27.09.2012 
№ 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление» и т.д. 
Единство требований, предъявляемых к процедуре уголовного судопроизводства, распространяется на все стадии этой деятельности, в том числе на предварительное расследование.
Необходимо также отметить, что перечисленные в ст. 73 УПК РФ обстоятельства предмета доказывания по уголовному делу, без установления которых невозможно принятие по нему законного и обоснованного решения, однозначно указывают на обязанность должностных лиц, ведущих предварительное расследование, обеспечить его полноту. 
Считать данное требование выполненным возможно только при получении совокупности достаточных доказательств, подтверждающих установление каждого обстоятельства предмета доказывания, исходя из требований ч. 1 ст. 88 УПК РФ.
Соответственно, при проверке законности и обоснованности приостановления уголовного дела объектами прокурорского надзора являются процессуальные и иные действия следователя, дознавателя, направленные на обеспечение должной полноты установления обстоятельств предмета доказывания.
Например, основной причиной приостановления предварительного следствия по уголовным делам об убийстве является неустановление лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого. Реже такое процессуальное решение принимается в связи с тем, что подозреваемый или обвиняемый скрылся от следствия. 
Проверяя законность и обоснованность приостановления предварительного следствия, прокурор в первую очередь обязан выяснить, подтверждено ли материалами дела наличие каждого из перечисленных в ч. 1 ст. 208 УПК РФ оснований такого решения.
Прежде всего, он обращает внимание на его мотивировку. Она должна быть конкретной и не сводиться к общим фразам. 
Нередки случаи, когда в качестве подозреваемых по таким делам задерживались и проверялись на причастность к убийствам конкретные лица, отдельным из которых предъявлялось обвинение. Однако в постановлениях о приостановлении предварительного следствия об этом ничего не говорится.
Как правило, недостатки расследования, в связи с которыми убийство остается нераскрытым, носят не единичный, а комплексный характер, а потому находятся во взаимосвязи. Они могут носить как объективный, так и субъективный характер. 
Для их установления и анализа прокурор должен владеть вопросами методики расследования убийств, совершенных по различным мотивам и различными способами.
Это необходимо ему для того, чтобы в постановлении об отмене постановления о приостановлении предварительного следствия указать, во-первых, конкретные недостатки предыдущего расследования и, во-вторых, указать необходимые для их устранения определенные следственные и проверочные действия. 
Прокурорам полезно знать, в частности, что в соответствии с приказом Следственного комитета РФ от 11.08.2011 № 123 
«О централизованном учете в системе Следственного комитета Российской Федерации нераскрытых убийств, других тяжких и особо тяжких преступлений против личности», заменившим предыдущие организационно-распорядительные документы по этому вопросу, в Главном управлении криминалистики СКР ведется автоматизированный учет названных преступлений, расследуемых следователями СКР. 
Он формируется на основе обработки заполненных в электронном виде карточек, реквизиты которых установлены в 4 разделе Инструкции по использованию программы учета нераскрытых преступлений (версия 6.0), заменившей использовавшуюся до 2009 г. программу «Глухарь-5». 
Учету в рамках данной системы подлежат все уголовные дела о нераскрытых преступлениях названных категорий. 
В программу включены учетные признаки, которые на момент постановки на учет нераскрытых преступлений отражают как объективно подтвержденные обстоятельства (данные о месте обнаружения трупа, о причиненных повреждениях, об использованном оружии и др.), так и предполагаемые, требующие дополнительной проверки (мотив, отношение определенного следа к преступнику, способ сокрытия и т.д.), в связи с чем имеющиеся в файлах учета сведения являются ориентировочными. 
Учетная форма содержит группу дополнительных тестовых окон для ввода более подробной информации о событии преступления, результатах осмотра места происшествия и трупа, повреждениях, причине смерти, вещественных доказательствах, похищенных предметах с индивидуализирующими признаками и приметах преступника.
Данная информация позволяет осуществлять выявление серийных убийств и других преступлений против личности. Обращение к данным этого вида учета – обязательный компонент деятельности следователя по выявлению серийных убийств.
Если уголовное дело об убийстве приостановлено в связи с тем, что подозреваемый или обвиняемый скрылся от следствия либо его местонахождение не установлено по иным причинам, прокурор наряду с выяснением общих вопросов о законности и обоснованности возбуждения дела, квалификации содеянного, полноты исследования обстановки места происшествия и трупа, обнаруженных следов и предметов проверяет следующие обстоятельства:
1) наличие в уголовном деле доказательств, дающих основание подозревать определенное лицо в совершении расследуемого убийства; 
2) если это лицо было застигнуто на месте убийства либо на него как на совершившее убийство указали свидетели-очевидцы или оставшийся в живых потерпевший (при покушении на убийство), то допрошены ли эти лица по обстоятельствам дела, достаточно ли полны их показания в части причастности данного лица к убийству; предъявлялось ли им это лицо для опознания и каковы его результаты; 
3) если на задержанном, на его одежде имеются следы совершения им убийства, то проведено ли судебно-экспертное исследование, а равно исследованы ли следы его пребывания на месте убийства, следы его контакта с потерпевшим; 
4) если в деле имелись достаточные доказательства причастности этого лица к убийству, то почему оно не было заключено под стражу или же было освобождено из-под стражи;  
5) если по делу было вынесено постановление о привлечении известного лица в качестве обвиняемого в убийстве, то имеются ли в деле достаточные доказательства для принятия такого процессуального решения и квалификации инкриминируемого ему убийства по соответствующей норме Особенной части 
УК РФ; 
6) если свидетели и оставшийся в живых потерпевший назвали как причастное к преступлению конкретное лицо, задержать которое и допросить в качестве подозреваемого не удалось, но в деле имеются его установочные данные, то проводилось ли его опознание по фотокарточке, составлялся ли его розыскной портрет (по методу «фоторобота» с использованием специальной компьютерной программы, субъективный рисованный портрет (СРП) или комбинированный), принимались ли другие предусмотренные законом меры к установлению, розыску данного лица и проверке его причастности к убийству; 
7) что предпринято для установления местонахождения подозреваемого или обвиняемого (в частности, согласно п. 1.23 приказа Следственного комитета РФ от 15.01.2011 № 2 «Об организации предварительного следствия в Следственном комитете Российской Федерации» по приостановленным производством делам не реже одного раза в месяц следователь должен запрашивать и получать информацию о ходе исполнения поручения из органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность. В необходимых случаях он должен обращаться с ходатайством к прокурору о проверке исполнения Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» по конкретному делу). 
В случае приостановления предварительного следствия в связи с тем, что место нахождения подозреваемого или обвиняемого известно, однако реальная возможность его участия в уголовном деле отсутствует, прокурору наряду с вопросами законности, обоснованности возбуждения дела, наличием в деле достаточных доказательств причастности этого лица к убийству и правильности уголовно-правовой оценки содеянного надлежит выяснить:
1) существование объективных условий, которые временно препятствуют участию этого лица в предварительном следствии. К таковым принято относить: нахождение подозреваемого или обвиняемого за границей в служебной командировке, туристической поездке, на учебе; выезд подозреваемого или обвиняемого за границу для постоянного проживания; нахождение подозреваемого или обвиняемого в дальнем плавании, экспедиции, на зимовке, на приисках, в труднодоступных в определенное время года местах либо на территории, временно изолированной в результате стихийного бедствия; 
2) наличие в деле документов, подтверждающих принятие следователем мер по обеспечению явки этого лица в место ведения предварительного следствия, в том числе по его экстрадиции.
Приостановление предварительного следствия в связи с временным тяжелым заболеванием подозреваемого или обвиняемого, причастность которого к убийству подтверждена комплексом достаточных, допустимых и объективных доказательств, допустимо только на основании медицинского заключения, в соответствии с которым у данного лица наличествует тяжелое физическое или психическое заболевание, характер которого препятствует его участию в следственных и иных процессуальных действиях. При этом заболевание должно быть временным (не хроническим), излечимым в будущем.
Медицинское заключение должно быть дано квалифицированными специалистами в соответствующей области медицины, подписано ими и заверено печатью медицинского учреждения. 
Признав приостановление предварительного следствия незаконным или необоснованным, прокурор в соответствии с п. 3 
ч. 1 ст. 211 УПК РФ выносит постановление об отмене постановления следователя об этом. Как ранее отмечалось, данное постановление должно быть отменено прокурором в срок не позднее 14 суток с момента получения материалов уголовного дела. 
Прокурор в своем постановлении излагает конкретные обстоятельства, подлежащие дополнительному расследованию, которое вместе с материалами уголовного дела незамедлительно направляется руководителю следственного органа (ч. 1.1 ст. 211 УПК РФ).
Очевидно, что в описательно-мотивировочной части постановления прокурора об отмене постановления следователя о приостановлении предварительного следствия должны быть проанализированы недостатки следствия и названы меры по их устранению. 
В уголовно-процессуальном законе не говорится, вправе ли прокурор при этом давать указания следователю о том, какие следственные и иные процессуальные действия необходимо выполнить для устранения недостатков предыдущего следствия.
Однако содержание принципиального положения, закрепленного в ч. 4 ст. 7 УПК РФ, о законности, обоснованности и мотивированности процессуальных решений судьи, прокурора, следователя, дознавателя, безусловно, необходимо предполагает обращение внимания следователя прокурором на то, какие следственные и иные процессуальные действия не выполнены. 
Изложение прокурором недостатков, обусловивших необоснованное приостановление предварительного следствия, не может находиться в отрыве от обращения внимания следователя на то, что он должен был предпринять, чтобы избежать этих недостатков. 
Поэтому в случае повторного приостановления производства по данному делу прокурор проверяет, устранены ли эти недостатки, перечисленные им в предыдущем постановлении об отмене аналогичного решения следователя. 
Если прокурор сочтет решение следователя о приостановлении предварительного следствия законным и обоснованным, он составляет соответствующее заключение. 
Заключение не является процессуальным документом, поэтому оно помещается в надзорное производство. Его структура выработана прокурорской практикой. Оно состоит из вводной, описательно-мотивировочной и резолютивной частей. 
Основной его частью является описательно-мотивировочная, в которой должна быть изложена аргументация признания прокурором решения следователя законным и обоснованным на основании результатов изучения им уголовного дела, 
а при необходимости – и дела оперативного учета. 
В выводе об отсутствии возможности возобновить производство по приостановленному делу прокурор обязан отразить обстоятельства, на основании изучения и анализа которых он пришел к решению о том, что:
1)	расследование произведено всесторонне и полно; 
2)	все возможные в отсутствие подозреваемого или обвиняемого следственные и иные процессуальные действия выполнены;
3)	предварительное следствие приостановлено в соответствии с требованиями УПК РФ;
4)	обусловившие приостановление предварительного следствия обстоятельства неустранимы;
5)	оснований для отмены постановления о приостановлении производства по делу не имеется.
При направлении дела для проверки в вышестоящую прокуратуру к нему прилагается данное заключение, а его копия направляется и руководителю следственного органа для помещения в контрольное производство.

3.2. Организационно-практические меры, принимаемые
прокурором по результатам анализа практики надзора
за исполнением законов при приостановлении
предварительного следствия

Проведение аналитической работы позволяет прокурору объективно оценить и оптимально спланировать его деятельность на том или ином ее направлении с акцентированием внимания на решении наиболее актуальных задач. Вопросы улучшения раскрываемости и качества расследования преступлений имеют определенную специфику, которая накладывает отпечаток и на содержание анализа практики надзора за исполнением законов при приостановлении уголовных дел. 
В соответствии с п. 1.10 приказа Генерального прокурора РФ № 162 обобщение практики надзора за законностью и обоснованностью приостановления предварительного следствия по основаниям, предусмотренным п. 2, 3 и 4 ч. 1 ст. 208 УПК РФ, должно проводиться не реже одного раза в полугодие.
Результаты обобщения и анализа позволяют выделить наиболее распространенные недостатки в организации расследования преступлений, использовании процессуальных, оперативно-розыскных, иных криминалистических возможностей в установлении события преступления, изобличении совершивших его лиц, оценить влияние процессуального контроля на качество предварительного следствия; определить направления совместной скоординированной деятельности прокуратуры, органов дознания, следственных органов, оперативно-розыскных подразделений, судов, а также других правоохранительных органов по оказанию позитивного воздействия на состояние расследования преступлений.
В прокуратуре города, района организацию и осуществление надзора за законностью и обоснованностью приостановления предварительного следствия обеспечивают заместитель прокурора, ответственный за обеспечение надзора за процессуальной деятельностью органов дознания и органов предварительного следствия, а также группа старших помощников и помощников соответствующего прокурора, если его распоряжением о распределении обязанностей между работниками возглавляемой им прокуратуры не установлено иное. 
В прокуратуре субъекта Российской Федерации ответственным за данный участок надзорной деятельности является, как правило, один из старших прокуроров или прокуроров управления или отдела по надзору за расследованием преступлений. 
В прокуратурах, где в штате названных управлений или отделов функционируют организационно-методические отделы (группы), данный анализ осуществляет прокурор этого подразделения.
Анализ практики прокурорского надзора за исполнением законов при приостановлении уголовных дел должен предварять разработку планов организационных и практических мер правоохранительных органов по устранению и предупреждению организационных упущений, нарушений законности и практических недостатков в расследовании преступлений, повлекших принятие незаконных и необоснованных процессуальных решений.
Источниками информации о качестве расследования преступлений являются уголовные дела, материалы надзорной практики, оперативно-розыскные производства. 
Результаты их изучения и анализа отражаются в справке, в которую целесообразно включать следующие разделы: 
сравнительный анализ статистических данных о количестве зарегистрированных преступлений, их структуре и динамике, о количестве возбужденных и приостановленных производством уголовных дел; 
характеристика основных видов преступлений, уголовные дела о которых были приостановлены, с указанием удельного веса среди них приостановленных на основании отдельных пунктов ч. 1 ст. 208 УПК РФ;
своевременность направления следователями прокурору копий постановлений о приостановлении предварительного следствия в соответствии с ч. 2 ст. 208 УПК РФ;
удельный вес уголовных дел, постановления о приостановлении следствия по которым были отменены руководителем следственного органа, и результаты расследования после его возобновления;
удельный вес уголовных дел, решения о приостановлении следствия по которым признаны прокурором законными и обоснованными;
удельный вес уголовных дел, по которым прокурор отменил постановления о приостановлении следствия в связи с его незаконностью и необоснованностью;
анализ недостатков предварительного следствия и оперативно-розыскной работы, повлекших необоснованное приостановление уголовных дел, а также эффективности мер по их устранению;
эффективность взаимодействия следователей и сотрудников оперативно-розыскных подразделений в раскрытии и расследовании преступлений, уголовные дела о которых были приостановлены; 
уровень и эффективность использования судебно-экспертных, информационных, регистрационных и иных возможностей в расследовании преступлений;
организация, уровень и реальное влияние процессуального контроля и прокурорского надзора за расследованием преступлений, дела о которых приостанавливались, а затем были возобновлены производством; 
характер и направленность совместных организационно-практических мер, которые целесообразно принять для повышения качества расследования преступлений, дела о которых были приостановлены производством. 
Приведенная структура справки является ориентировочной. Она может корректироваться с учетом типичности недостатков расследования и нарушений законности при расследовании преступлений, дела о которых были необоснованно приостановлены. 
К этой справке целесообразно приобщать дополнительные справки-меморандумы о результатах изучения каждого приостановленного дела, в которых отражаются: 
1) номер уголовного дела, дата его возбуждения, название следственного органа, данные о следователе, в производстве которого находилось уголовное дело;
2) сведения о движении уголовного дела; 
3) вид, характер, обстоятельства, квалификация преступления, уголовное дело о котором было приостановлено;  
4) недостатки осмотра места происшествия и других первоначальных (неотложных) следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий (в допустимых для документа открытого доступа пределах);
5) пробелы в планировании, организации и проведении расследования, осуществлении взаимодействия следователя и сотрудников оперативно-розыскных подразделений органов внутренних дел и других правоохранительных органов;
6) полнота и обоснованность выдвинутых в начале расследования версий и качество их проверки, использование при этом полученных результатов оперативно-розыскной деятельности;
7) полнота судебно-экспертного исследования трупа, следов, предметов, документов и иных объектов;
8) использование полученных результатов в расследовании; 
9) использование возможностей уголовной регистрации в проверке изъятых следов, предметов, иных объектов в установлении и изобличении подозреваемого, обвиняемого;
10) своевременное внесение корректив в согласованный план следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий;
11) участие руководителей следственного органа в осмотре места происшествия и в других первоначальных следственных действиях, разработке плана расследования;
12) своевременность, обоснованность и полнота указаний, даваемых руководителем следственного органа или его заместителем по делу о нераскрытом преступлении;
13) качество выполнения следователем полученных им указаний;
14) своевременность уведомления прокурора о приостановлении предварительного следствия по делам об убийствах и проверки приостановленного уголовного дела прокурором, вынесения им постановления об отмене необоснованного решения о приостановлении предварительного следствия;
15) характер замечаний, высказанных прокурором в обоснование вывода о неполноте расследования;
16) степень реагирования руководителя следственного органа на постановление прокурора;
17) обсуждение хода расследования на оперативных совещаниях, принятые решения и результаты их выполнения; 
18) другие организационные и практические меры, предпринятые для активизации расследования, установления и изобличения, розыска виновных лиц.
Эти документы являются источниками информации о наиболее характерных для данного города, района недостатках в расследовании преступлений, об уровне организации и эффективности процессуального контроля и прокурорского надзора за указанной деятельностью. 
Рассматривая вопрос о роли прокурора в разработке и осуществлении согласованных действий правоохранительных органов, направленных на оказание позитивного влияния на криминальную ситуацию и состояние противодействия  преступности, необходимо указать в первую очередь на то, что он должен быть инициатором организации им этой работы. 
Однако это не снимает обязанности с руководителя следственного органа (подразделения), руководителя органа внутренних дел своевременно обращать внимание на состояние предварительного следствия, оперативно-розыскной деятельности по уголовным делам, принимать меры по предупреждению недостатков в названной работе, вносить инициативные предложения о рассмотрении на оперативных совещаниях, а также на координационном совещании соответствующих вопросов. 
Необходимыми условиями организации координации являются: информационно-аналитическая работа; прогнозирование, планирование координационных мероприятий; контроль; ведение делопроизводства и учета координационной деятельности. 
Прежде всего, следует учитывать причины совершения преступлений, специфику их расследования и требования, предъявляемые к его результатам.
При планировании работы на рассматриваемом участке правоохранительной деятельности должны учитываться: 
положения действующего законодательства Российской Федерации, в общем виде определяющие задачи правоохранительных органов по обеспечению выявления, раскрытия, расследования и предупреждения преступлений;
содержащиеся в организационно-распорядительных документах руководителей федеральных правоохранительных органов требования, конкретизирующие задачи сотрудников следственных и оперативно-розыскных подразделений;
реальное положение дел на этом участке в городе, районе, в субъекте Российской Федерации;
характер типичных недостатков в организации и осуществлении расследования преступлений, оперативно-розыскном, экспертно-криминалистическом и другом обеспечении расследования.
План действий по устранению отмеченных в справке недостатков может как составляться в рамках общего плана основных мероприятий по координации деятельности правоохранительных органов на предстоящий период, так и являться дополнением к основному плану. 
При его разработке необходимо учитывать:
обоснованность разработки плана;
конкретную целевую направленность включаемых в него мероприятий;
их выход за рамки повседневной деятельности участников их выполнения (например, заслушивание отчетов о ходе розыска конкретных лиц, совершивших убийство и скрывшихся от следствия, что может и должно осуществляться на оперативных совещаниях без включения в общий план);
конструктивность мероприятий;
реальную возможность их выполнения;
оптимальные сроки выполнения;
обеспечение логической последовательности и согласованности в деятельности различных правоохранительных органов при их выполнении;
необходимость осуществления текущего контроля за выполнением конкретных мероприятий.
Обоснованность разработки рассматриваемого плана определяется такими критериями, как сложность оперативной обстановки, проявляющаяся в распространенности преступлений, уголовные дела о которых чаще всего приостанавливаются производством; просчеты в организации и проведении предварительного следствия и оперативно-розыскной работы по ним; наиболее распространенные факты нарушений законов в процессуальных действиях и решениях должностных лиц, осуществляющих предварительное следствие и оперативно-розыскную деятельность; недостаточность для улучшения ситуации других ранее осуществлявшихся с этой целью мероприятий.
Целевая направленность мероприятий, включаемых в план, выражается в их ориентированности на устранение конкретных из числа перечисленных недостатков, влекущих формирование неблагополучной ситуации на рассматриваемом участке правоохранительной деятельности. Содержание других требований к планированию скоординированных мероприятий правоохранительных органов достаточно известно. 
Анализируя возможности реального влияния прокурора на улучшение ситуации с обеспечением исполнения требования закона при приостановлении предварительного следствия по уголовным делам, необходимо исходить из того, какую роль в осуществлении координации деятельности правоохранительных 
органов ему отводит законодательство и организационно-распорядительные документы Генерального прокурора Российской Федерации. Согласно п. 1 ст. 8 Федерального закона 
«О прокуратуре Российской Федерации» Генеральный прокурор Российской Федерации и подчиненные ему прокуроры координируют деятельность по борьбе с преступностью органов внутренних дел и других правоохранительных органов.
В целях обеспечения координации названных органов прокурор созывает координационные совещания, организует рабочие группы, истребует статистическую и другую необходимую информацию, осуществляет иные полномочия в соответствии с Положением о координации деятельности по борьбе с преступностью, утвержденным Указом Президента Российской Федерации от 18.04.1996 № 567 (п. 2), а также ст. 8 Федерального закона 
«О прокуратуре Российской Федерации». 
Данное положение Закона определяет руководящую роль прокурора в рассматриваемой деятельности и предоставляет ему широкие возможности и полномочия в ее организации и осуществлении, в том числе на участке борьбы с убийствами и другими преступлениями против жизни и здоровья.
Безусловному выполнению прокурором подлежат также требования приказа Генерального прокурора РФ от 16.01.2012 
№ 7 «Об организации работы органов прокуратуры Российской Федерации по противодействию преступности». 
Важное значение в повышении качества предварительного следствия и предупреждении фактов его незаконного и необоснованного приостановления имеет проведение совместных учебно-методических мероприятий по повышению профессионального уровня следователей и сотрудников оперативно-розыскных подразделений. 
Например, взаимно полезным показалось в свое время изучение следователями в допустимых пределах некоторых вопросов осуществления оперативно-розыскных мероприятий в соответствии с поручениями следователей об установлении конкретных обстоятельств, а также последующего процессуального исследования полученных результатов оперативно-розыскной деятельности. 
В свою очередь, в повышении квалификации сотрудников оперативно-розыскных подразделений значительную роль играет изучение ими некоторых тактико-психологических вопросов проведения осмотра места происшествия, допроса и других следственных действий.
Координационная деятельность прокурора не должна подменяться выполнением им надзорных полномочий, входящих в его повседневные обязанности. На рассмотрение координационных совещаний может быть вынесено обсуждение наиболее сложных проблем, возникающих в деятельности правоохранительных органов, требующих совместных согласованных усилий для их разрешения.
Руководители правоохранительных органов могут также издавать совместные приказы и распоряжения о выполнении планов мероприятий, разработанных на координационных совещаниях. За их выполнением устанавливается и осуществляется текущий контроль по отдельным правоохранительным органам в соответствии с их компетенцией. Результаты выполнения этих мероприятий обсуждаются и оцениваются в установленный срок с составлением совместного итогового документа. Вопрос об обсуждении этих результатов может быть включен и в повестку дня очередного координационного совещания.   

Заключение

Надзор за исполнением законов при приостановлении предварительного следствия – важный участок прокурорской деятельности. Ее системный характер требует постоянного внимания прокурора к широкому кругу вопросов, требующих выяснения при проверке приостановленных дел. 
В работе следственных органов еще не изжиты недостатки и нарушения закона, обусловленные комплексом причин: недостаточной профессиональной подготовкой следователей; упущениями в организации и производстве предварительного расследования; недостаточным использованием при этом рекомендаций криминалистики, возможностей судебно-экспертных учреждений, учетно-регистрационных систем и др.
По-прежнему серьезные претензии предъявляются к уровню организации взаимодействия следователей и сотрудников подразделений, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность. Это особенно характерно для первоначального – наиболее ответственного этапа расследования преступлений, совершенных без очевидцев.
Допускаются досадные промахи при изъятии следов и предметов – носителей важной информации о преступлениях и преступниках. Они не всегда подвергаются судебно-экспертному исследованию, а полученная информация неправильно используется в определении верных направлений расследования. 
Изложенные недостатки нередко обусловлены не только слабым процессуальным контролем, но и упущениями в работе прокуроров, недостаточно использующих имеющиеся процессуальные возможности для своевременной проверки качества расследования.   
К организации надзора за расследованием преступлений прокурор обязан подходить с позиций его современного уголовно-процессуального статуса, требований организационно-распорядительных документов Генеральной прокуратуры РФ, положений методики прокурорского надзора за предварительным следствием. 
При проверке законности и обоснованности решений о приостановлении предварительного следствия ему необходимо использовать знания в области криминалистической методики расследования в целях выявления пробелов в выполненной работе и определения возможностей их устранения. 

Оглавление

Введение………………………………………………………..	3	
Глава 1. Цель и задачи прокурорского надзора за законностью и обоснованностью решений о приостановлении предварительного следствия………………………………...	

6	
1.1. Приостановление предварительного следствия как уголовно-процессуальный институт………………………………	
6	
1.2. Цели, задачи и объекты прокурорского надзора за законностью и обоснованностью приостановления предварительного следствия……………………………………………...	

10	
Глава 2. Процессуальные и криминалистические аспекты оценки прокурором результатов расследования по приостановленному уголовному делу………………………	

16	
2.1. Оценка результатов процессуальной деятельности по приостановленному производством уголовному делу……….	
16	
2.2. Оценка результатов использования материалов оперативно-розыскной деятельности по приостановленным производством уголовным делам………………………………….	

26	
2.3. Оценка прокурором результатов использования специальных знаний и возможностей судебных экспертиз по приостановленным производством уголовным делам…………...	

28	
2.4. Оценка прокурором результатов использования данных уголовной регистрации (криминалистических учетов) по приостановленным производством уголовным делам……….	

45	
Глава 3. Действия прокурора по результатам изучения приостановленных уголовных дел………………………….	
64	
3.1. Виды решений прокурора по результатам анализа приостановленных уголовных дел и основания их принятия…...	
64	
3.2. Организационно-практические меры, принимаемые прокурором по результатам анализа практики надзора за исполнением законов при приостановлении предварительного следствия…………………………………………………..	

74	
Заключение…………………………………………………….	82	

Вячеслав Николаевич Исаенко,
Анатолий Михайлович Кустов,
Александр Егорович Шарихин

Процессуальные и криминалистические 
аспекты оценки прокурором законности 
и обоснованности приостановления 
предварительного расследования

Пособие

Редактор Л.И. Хомякова
Корректор Л.А. Перовская
Компьютерная верстка Л.В. Курдюковой

Подписано в печать 09.04.2013.    Формат 60х90/16.    Печ. л. 5,25.
Тираж 250 экз.     Заказ 10.

Академия Генеральной прокуратуры Российской Федерации
123022, Москва, ул. 2-я Звенигородская, 15