Документы
- 27 Апреля, 2011
ОАО «Орелстрой» обратилось в Верховный Суд РФ с заявлением об оспаривании положений абзаца третьего пункта 4.1.2, пункта 6.6 Санитарных правил и норм 2.1.5.980-00 «Гигиенические требования к охране поверхности вод», утвержденных Главным государственным санитарным врачом РФ 22 июня 2000 в части, запрещающей сброс сточных вод и (или) дренажных вод в водные объекты, расположенные в черте населенного пункта.
В обоснование заявленных требований заявитель указал, что Главный государственный санитарный врач РФ не вправе устанавливать дополнительные, помимо перечисленных в статье 44 Водного кодекса Российской Федерации (далее - ВК РФ), основания для запрета сброса сточных вод; пункты 4.1.2, 6.6 СанПиН в оспариваемой части нарушают права ОАО «Орелстрой», осуществляющего проектирование и строительство различных объектов, в том числе многоквартирных жилых домов, на возможность сброса очищенных сточных вод в водный объект в границах населенного пункта при условии соблюдения норм ВК РФ и иных норм, регулирующих сброс сточных вод в водный объект.
Решением Верховного Суда РФ от 04 февраля 2011 г. указанные пункты признаны частично недействующими со дня вступления решения в законную силу.
Суд пришел к выводу о том, что оспариваемые заявителем положения СанПиН, устанавливающие запрет на сброс сточных вод и (или) дренажных вод в водные объекты, расположенные в черте населенных пунктов, без учета соответствия конкретного водного объекта санитарным правилам и условиям безопасного для здоровья населения использования водного объекта, противоречат действующему законодательству.
В силу части 1 статьи 44 ВК РФ использование водных объектов для целей сброса сточных вод и (или) дренажных вод осуществляется с соблюдением требований, предусмотренных данным Кодексом и законодательством в области охраны окружающей среды.
Статьей 44 ВК РФ закреплено, что запрещается сброс сточных вод и (или) дренажных вод в водные объекты, содержащие природные лечебные ресурсы; отнесенные к особо охраняемым водным объектам (ч.2); запрещается сброс сточных вод и (или) дренажных вод в водные объекты, расположенные в границах зон санитарной охраны источников питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения; в первой, второй зон округов санитарной (горно-санитарной) охраны лечебно-оздоровительных местностей и курортов; рыбоохранных зон, рыбохозяйственных заповедных зон (ч.З); сброс сточных вод и (или) дренажных вод может быть ограничен, приостановлен или запрещен по основаниям и в порядке, которые установлены федеральными законами (ч.4).
Федеральным законом «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» от 30 марта 1999 № 52, которым установлены санитарно-эпидемиологические требования к водным объектам, расположенным в границах населенных пунктов и (или) используемым в целях хозяйственно-бытового водоснабжения, предусмотрено, что водные объекты, используемые в целях питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения, а также в лечебных, оздоровительных и реакционных целях, в том числе водные объекты, расположенные в границах городских и сельских населенных пунктов, недолжны являться источниками биологических, химических и физических факторов вредного воздействия на человека. Для охраны водных объектов, предотвращения их загрязнения и засорения устанавливаются в соответствии с законодательством Российской Федерации согласованные органами, осуществляющими государственный санитарно-эпидемиологический надзор, нормативы предельно допустимых вредных воздействий химических, биологических веществ и микроорганизмов в водные объекты (п. 1,4 ст. 18).
Возможность ограничения водопользования в случае, если водные объекты представляют опасность для здоровья населения, предусмотрена пунктом 5 статьи 18 Федерального закона.
Исходя из приведенных норм федерального законодательства, суд пришел к выводу о том, что сброс сточных вод и (или) дренажных вод может быть ограничен, приостановлен или запрещен по основаниям и в порядке, установленным федеральным законодательством.
Оспариваемыми нормами запрещен сброс сточных вод и (или) дренажных вод в водные объекты, расположенные в черте населенных пунктов, без учета соответствия конкретного водного объекта санитарным правилам и условиям безопасного для здоровья населения использования водного объекта, т.е. в нарушение части 4 статьи 44 ВК РФ введен дополнительный запрет к установленным частью 3 статьи 44 ВК РФ.
При этом согласно статьям 38, 39 Федерального закона «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», Положению о государственном санитарно-эпидемиологическом нормировании, утвержденному постановлением Правительства Российской Федерации от 24 июля 2000 г. № 554, Главный государственный санитарный врач Российской Федерации не наделен полномочиями по установлению дополнительного ограничения или запрета на сброс сточных и (или) дренажных вод в водные объекты, не предусмотренного федеральным законодательством. (Решение Верховного Суда РФ от 04.02. 2011 № ГКПИ10-1751).
Управление по обеспечению участия прокуроров в гражданском и арбитражном процессе
Генеральная прокуратура
Российской Федерации
27 Апреля 2011, 13:15
Сброс сточных вод и (или) дренажных вод может быть ограничен, приостановлен или запрещен по основаниям и в порядке, установленным федеральным законодательством
ОАО «Орелстрой» обратилось в Верховный Суд РФ с заявлением об оспаривании положений абзаца третьего пункта 4.1.2, пункта 6.6 Санитарных правил и норм 2.1.5.980-00 «Гигиенические требования к охране поверхности вод», утвержденных Главным государственным санитарным врачом РФ 22 июня 2000 в части, запрещающей сброс сточных вод и (или) дренажных вод в водные объекты, расположенные в черте населенного пункта.
В обоснование заявленных требований заявитель указал, что Главный государственный санитарный врач РФ не вправе устанавливать дополнительные, помимо перечисленных в статье 44 Водного кодекса Российской Федерации (далее - ВК РФ), основания для запрета сброса сточных вод; пункты 4.1.2, 6.6 СанПиН в оспариваемой части нарушают права ОАО «Орелстрой», осуществляющего проектирование и строительство различных объектов, в том числе многоквартирных жилых домов, на возможность сброса очищенных сточных вод в водный объект в границах населенного пункта при условии соблюдения норм ВК РФ и иных норм, регулирующих сброс сточных вод в водный объект.
Решением Верховного Суда РФ от 04 февраля 2011 г. указанные пункты признаны частично недействующими со дня вступления решения в законную силу.
Суд пришел к выводу о том, что оспариваемые заявителем положения СанПиН, устанавливающие запрет на сброс сточных вод и (или) дренажных вод в водные объекты, расположенные в черте населенных пунктов, без учета соответствия конкретного водного объекта санитарным правилам и условиям безопасного для здоровья населения использования водного объекта, противоречат действующему законодательству.
В силу части 1 статьи 44 ВК РФ использование водных объектов для целей сброса сточных вод и (или) дренажных вод осуществляется с соблюдением требований, предусмотренных данным Кодексом и законодательством в области охраны окружающей среды.
Статьей 44 ВК РФ закреплено, что запрещается сброс сточных вод и (или) дренажных вод в водные объекты, содержащие природные лечебные ресурсы; отнесенные к особо охраняемым водным объектам (ч.2); запрещается сброс сточных вод и (или) дренажных вод в водные объекты, расположенные в границах зон санитарной охраны источников питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения; в первой, второй зон округов санитарной (горно-санитарной) охраны лечебно-оздоровительных местностей и курортов; рыбоохранных зон, рыбохозяйственных заповедных зон (ч.З); сброс сточных вод и (или) дренажных вод может быть ограничен, приостановлен или запрещен по основаниям и в порядке, которые установлены федеральными законами (ч.4).
Федеральным законом «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» от 30 марта 1999 № 52, которым установлены санитарно-эпидемиологические требования к водным объектам, расположенным в границах населенных пунктов и (или) используемым в целях хозяйственно-бытового водоснабжения, предусмотрено, что водные объекты, используемые в целях питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения, а также в лечебных, оздоровительных и реакционных целях, в том числе водные объекты, расположенные в границах городских и сельских населенных пунктов, недолжны являться источниками биологических, химических и физических факторов вредного воздействия на человека. Для охраны водных объектов, предотвращения их загрязнения и засорения устанавливаются в соответствии с законодательством Российской Федерации согласованные органами, осуществляющими государственный санитарно-эпидемиологический надзор, нормативы предельно допустимых вредных воздействий химических, биологических веществ и микроорганизмов в водные объекты (п. 1,4 ст. 18).
Возможность ограничения водопользования в случае, если водные объекты представляют опасность для здоровья населения, предусмотрена пунктом 5 статьи 18 Федерального закона.
Исходя из приведенных норм федерального законодательства, суд пришел к выводу о том, что сброс сточных вод и (или) дренажных вод может быть ограничен, приостановлен или запрещен по основаниям и в порядке, установленным федеральным законодательством.
Оспариваемыми нормами запрещен сброс сточных вод и (или) дренажных вод в водные объекты, расположенные в черте населенных пунктов, без учета соответствия конкретного водного объекта санитарным правилам и условиям безопасного для здоровья населения использования водного объекта, т.е. в нарушение части 4 статьи 44 ВК РФ введен дополнительный запрет к установленным частью 3 статьи 44 ВК РФ.
При этом согласно статьям 38, 39 Федерального закона «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», Положению о государственном санитарно-эпидемиологическом нормировании, утвержденному постановлением Правительства Российской Федерации от 24 июля 2000 г. № 554, Главный государственный санитарный врач Российской Федерации не наделен полномочиями по установлению дополнительного ограничения или запрета на сброс сточных и (или) дренажных вод в водные объекты, не предусмотренного федеральным законодательством. (Решение Верховного Суда РФ от 04.02. 2011 № ГКПИ10-1751).
Управление по обеспечению участия прокуроров в гражданском и арбитражном процессе
