Постановления Европейского суда по правам человека - Генеральная прокуратура Российской Федерации

В постановлениях по делам «Хрыкин против России» и «Батурлова против России» Европейский Суд по правам человека констатировал нарушение п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, выразившееся в несоблюдении судами принципа независимости судебной власти. Также Европейский Суд постановил нарушение п. 1 ст. 6 Конвенции и ст. 1 Протокола № 1 к ней в связи с необоснованным пересмотром и отменой по вновь открывшимся обстоятельствам вступивших в силу судебных решений, вынесенных в пользу заявителей.

По данным делам установлено, что заявители работали на вредных производствах. После отклонения Управлением пенсионного фонда просьбы о перерасчете пенсии, заявители обратились в суд.

Суды первой инстанции обязали Управление пенсионного фонда пересчитать пенсию заявителям. Данные решения вступили в законную силу.

Главным управлением пенсионного фонда № 19 по г. Москве и Московской области (далее – Пенсионный фонд) были поданы заявления в Московский областной суд о пересмотре решений суда первой инстанции. Указанные жалобы не были рассмотрены, однако судом надзорной инстанции были направлены письменные «рекомендации» в суды первой инстанции об отмене окончательных судебных решений и о пересмотре дел по вновь открывшимся обстоятельствам.

По заявлениям Пенсионного фонда городской суд отменил свои решения по вновь открывшимся обстоятельствам. В частности, суд установил, что при рассмотрении дел не были учтены разъяснения Верховного Суда Российской Федерации, принятые в декабре 2005 г. и марте 2007 г., касающиеся практики применения и толкования судами положений Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации». При новом рассмотрении дела заявителям было отказано в удовлетворении исковых требований.

Европейский Суд, признавая жалобу заявителей приемлемой, в постановлении указал, что доверие общества к суду является первостепенной важностью в демократическом обществе.

Европейский Суд отметил, что независимость судебной системы требует того, чтобы каждый судья был свободным от чрезмерного влияния не только вне судебной системы, но и внутри нее. Эта внутренняя независимость судебной системы предполагает, что судьи свободны как от указаний и давления со стороны своих коллег, так и со стороны вышестоящих судебных органов.

Европейский Суд констатировал, что в соответствии со статьей 381 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судья надзорной инстанции, рассмотрев надзорную жалобу, может принять решение о передаче надзорной жалобы с делом для рассмотрения в судебном заседании суда надзорной инстанции либо отказать в этом.

Однако, как отметил Европейский Суд, обстоятельства рассматриваемых дел указывают на тот факт, что суд надзорной инстанции, вместо принятия законного решения, согласно процессуальному законодательству, изложил городскому суду свою позицию в отношении решений по делам заявителей с использованием таких выражений как «судебная ошибка» и «не может быть признано законным». В результате городским судом были вынесены новые решения, в которых полностью повторялись доводы суда вышестоящей инстанции.

С учетом вышеизложенного Европейский Суд сделал вывод о том, что сомнения заявителей в независимости городского суда являются объективными.

Соответственно Европейский Суд постановил нарушение п. 1 ст. 6 Конвенции в отношении требования о независимом суде.

Европейский Суд также отметил, что в соответствии со ст. 6 Конвенции для целей соблюдения принципа правовой определенности окончательные судебные постановления должны оставаться неизменными. Они могут изменяться только для исправления существенных недостатков.

Относительно разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, принятых в 2005 году, Европейский Суд указал, что различное юридическое толкование закона является основанием для простого обжалования решения суда, а не обстоятельством, обосновывающем отмену вступившего в законную силу решения суда.

Европейский Суд отметил, что вновь открывшимися обстоятельствами являются обстоятельства, существующие во время судебного разбирательства, и которые остаются неизвестными суду и раскрываются после разбирательства. Разъяснения Верховного Суда Российской Федерации 2007 года были даны после принятия судом решений и не могут считаться вновь открывшимися обстоятельствами, поскольку не существовали во время судебного разбирательства, и, следовательно, не являются основанием для отмены решений.

Таким образом, отмена судебных решений, вынесенных в пользу заявителей, была необоснованной, и, соответственно, имело место нарушение п. 1 ст. 6 Конвенции и ст. 1 Протокола № 1 к Конвенции.

                                                  Управление по обеспечению участия прокуроров в гражданском и арбитражном процесс

​​​​​​​