Постановления Европейского суда по правам человека - Генеральная прокуратура Российской Федерации

В постановлении по делу «Таянко против Российской Федерации» Европейский Суд по правам человека констатировал нарушение статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции в связи с пересмотром в порядке надзора окончательного судебного решения и его изменением в ущерб интересам заявителя.

По данному делу установлено, что заявитель в 1986 году принимал участие в ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС, в результате чего получил инвалидность. В 1999 году заявитель обратился к органам власти с просьбой об улучшении жилищных условий, так как проживал с женой и двумя дочерьми в одиннадцатиметровой комнате в общежитии. Власти признали, что жилищные условия не отвечают нормам, и внесли его в список очередников на заключение договора социального найма.

Однако квартира не была ему предоставлена, в результате чего он обратился в суд с соответствующими требованиями к городской администрации.

В июле 2001 года районный суд вынес решение в пользу заявителя и обязал городскую администрацию обеспечить заявителя подходящим жильем для семьи из четырех человек, в соответствии с жилищными и санитарными нормами.

Суд второй инстанции оставил решение нижестоящего суда без изменений. Исполнительное производство было приостановлено в связи с принесением органами прокуратуры протеста в президиум областного суда. Протест был оставлен без удовлетворения, а решения судов – без изменения, однако органы прокуратуры обратились в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации назначила дату рассмотрения дела в порядке надзора по протесту прокурора, однако ни заявитель, ни его представитель не были уведомлены ни о принесении протеста, ни о назначении разбирательства по делу.

В августе 2001 года состоялось слушание о пересмотре судебного решения в порядке надзора в присутствии прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации, который утверждал, что квартира заявителю должна быть предоставлена в соответствии с его очередностью в списке нуждающихся в улучшении жилищных условий.

Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации внесла изменение в решение районного суда и постановила о выделении заявителю квартиры в соответствии с его местом в списке очередников.

По ходатайству заявителя Президиум Верховного Суда Российской Федерации в ноябре 2003 года отменил постановление Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации и утвердил юридическую силу решения районного суда, подчеркнув, что заявитель является инвалидом, и в соответствии с законом и решением районного суда он вправе незамедлительно получить квартиру.

Представители российских властей указали, что гарантированные Конвенцией права заявителя не были нарушены, поскольку определение Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации, было отменено Президиумом, что само по себе является достаточной компенсацией вреда, предположительно причиненного заявителю.

Европейский Суд, признав жалобу заявителя приемлемой, при рассмотрении дела отметил, что вынесение решения в пользу заявителя не является достаточным для лишения его статуса «жертвы», если власти государства-ответчика не признали нарушение прав, гарантированных Конвенцией, а также не возместили ущерб, понесенный в связи с этим нарушением. В рассматриваемом деле, заявителю не была предложена компенсация, следовательно, он сохранил статус жертвы.

Европейский Суд напомнил, что для соблюдения принципа правовой определенности, которая подразумевается статьей 6 Конвенции, вступившие в силу судебные решения как правило, не подлежат изменению. Пересмотр данных судебных решений допустим только в целях исправления фундаментальных нарушений, допущенных при рассмотрении дела.

В рассматриваемом случае изменение окончательного решения суда первой инстанции привело к неблагоприятным последствиям для заявителя. При этом российские власти не указали на наличие фундаментальных нарушений, допущенных в ходе разбирательства дела, что могло бы послужить основанием пересмотра вступившего в законную силу судебного решения.

Утверждение российских властей о том, что Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации не изменила суть постановления районного суда, не было принято во внимание, поскольку решение суда первой инстанции предполагало необходимость незамедлительного предоставления жилья, согласно же определению вышестоящего суда для получения жилья заявителю необходимо было соблюдать очередность в списке очередников той же категории.

В результате изменения вступившего в законную силу решения районного суда заявитель не смог получить жилье незамедлительно. Следовательно, имело место нарушение статьи 6 Конвенции.

Европейский Суд, с учетом предшествующей практики, также счел, что квартира, предоставляемая на правах социального найма, в отношении которой у заявителя имеется правомерное ожидание ее получения, основанное на вступившем в законную силу судебном решении, представляет собой «собственность» в смысле статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции. В результате изменения решения районного суда в порядке надзора заявитель в течение длительного времени не мог незамедлительно получить жилье.

Следовательно, имело место нарушение статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

                                                        Управление по обеспечению участия прокуроров в гражданском и арбитражном процессе

​​​​​​​